Книга Кровь двух миров, страница 15 – Лия Норд

— Последний раз, когда Разлом был открыт, Эйрилон едва не погрузился в гражданскую войну. Великие Дома пытались получить контроль над Хранителями. Союзы распадались. Семьи предавали друг друга. И если история решит повториться...Он сделал паузу. — Я не позволю этому миру вновь пройти через подобное. В этот момент Каэль поймал себя на странной мысли. До сих пор он воспринимал Эллианну как загадку. Как проблему. Как аномалию. Но сейчас, слушая разговоры Совета, он впервые представил ее здесь. Одну. Растерянную. Ничего не понимающую. Окруженную людьми, которые будут видеть в ней не женщину, потерявшую семью и пытающуюся заново научиться жить, а силу, титул, власть и возможность изменить баланс между Домами. И почему-то эта мысль вызвала у него неприятное чувство. Настолько неприятное, что он неожиданно осознал: Он не хотел, чтобы Эллианна когда-либо оказалась в этом зале. Именно тогда Лиор, внимательно наблюдавший за другом, едва заметно улыбнулся. Потому что, кажется, начал понимать то, чего сам Каэль пока еще не был готов признать. Несколько мгновений в зале стояла тишина. Затем поднялся лорд Эстар Веларион. Возраст давно серебрил его волосы, однако в осанке и манере держаться чувствовался человек, который привык влиять на решения правителей задолго до рождения большинства присутствующих. Его крылья, сложенные за спиной, были темно-серыми, почти стальными, а глубокие морщины возле глаз говорили не столько о старости, сколько о привычке постоянно наблюдать и анализировать. — Ваше Высочество, — произнес он, слегка склонив голову, — позвольте задать вопрос, который, полагаю, интересует сейчас каждого из присутствующих. Аэрон посмотрел на него спокойно. — Задавайте. — Вы говорите о пробуждении Разлома так, словно сомнений уже не осталось. Следовательно, у вас есть основания считать, что произошло нечто большее, чем просто магическая аномалия. Мы имеем право знать, что именно послужило причиной подобных выводов. В зале вновь воцарилась напряженная тишина. Некоторые советники переглянулись. Другие внимательно наблюдали за Архонтом. Аэрон некоторое время молчал. Он никогда не торопился отвечать. Словно давал людям возможность осознать важность собственных вопросов. — Да, основания у меня есть, — наконец сказал он. — Однако я не считаю необходимым обсуждать их в полном составе Совета. — Даже сейчас? — осторожно уточнила Серания. — Особенно сейчас. — Но если существует угроза... — Леди Серания, — мягко перебил ее Аэрон, — угроза появляется не тогда, когда происходит нечто неизвестное. Угроза появляется тогда, когда слишком много людей начинают бороться за право обладать этим неизвестным. Серания опустилась обратно в кресло. Но выражение ее лица стало задумчивым. Лиор едва заметно усмехнулся. — И вот поэтому я никогда не спорю с Архонтом.

Каэль повернул голову. — Ты споришь с ним ежедневно. — Нет. Лиор покачал головой. — Я создаю иллюзию спора. Это совершенно разные вещи. — Ты невозможен. — Зато жив. — Пока. — Как приятно слышать заботу в твоем голосе. Аэрон не удостоил их даже взглядом. Он вновь обвел присутствующих глазами. — Сегодня я приказываю усилить наблюдение за Мираем. — Какими силами? — спросил генерал Тарион. — Вашими. — Только моими? — Нет. Аэрон повернулся к Каэлю. — И силами командующего Ноктариса. Каэль поднялся. — Я готов. — Но есть условие. — Слушаю. — Никто из ваших людей не должен предпринимать попыток проникнуть через Разлом. — А если он откроется снова? — Вы будете наблюдать. — И только? — Да. — Даже если появится кто-то еще? — Даже если появится кто-то еще. Каэль нахмурился. — Простите, Архонт, но я не понимаю. Аэрон посмотрел ему прямо в глаза. — Я знаю. — Тогда объясните. Архонт выдержал небольшую паузу. — Потому что есть вещи, Каэль, которые нельзя преследовать. — Почему? — Потому что иногда достаточно одного неверного шага, чтобы человек навсегда закрыл путь обратно.