Книга Сокровище богов, страница 151 – Филип К. Квантрелл

Доран присел на корточки над Калебом, осторожно закрыл его глаза.

— Пусть Грарфат и Ямномора найдут для тебя место в своих чертогах, друг.

Натаниэль хотел, чтобы изгнанного рыцаря похоронили так, как он того заслуживал, но понимал, что время похорон придет позже. Его утешало лишь то, что Калеб Йорден погиб с честью.

* * *

Улицы Велии утопали в телах: мертвые велийские солдаты ровными рядами лежали на своих красных плащах. Кровь с них не смыли, но уложили аккуратно, так, словно после смерти они обрели покой. Вот только Натаниэлю, помнившему, в какой жестокой битве они встретили свой конец, в это верилось слабо.

Женщины бегали по улицам, пытаясь отыскать мужей, дети рыдали над павшими отцами, заливая слезами гербовых волков. Солдаты, вернувшиеся со стены, приходили почтить память павших братьев.

Густой дым валил из-за стены и становился все гуще каждый раз, когда новый пылающий валун ударял в щит Тай'гарна. Ветер разносил дым по городу, и ориентироваться было тяжело, вот только мертвых тел он спрятать не мог. Натаниэль думал, что под сбор тел выделят лишь главную улицу, но павших было так много, что они уже лежали и на соседних. Среди них были и Серые плащи, каждый с мечом на груди. Увидев их, Натаниэль прослезился: он знал каждого, и пусть не со всеми ладил, но верил, что они были хорошими людьми.

Тарен помедлил у первого обнаруженного ими тела в черном плаще. Натаниэль не сразу, но тоже узнал его: Каиль, генерал каратской армии. Кто-то рассек ему лицо, но смертельную рану нанес клинок, прошедший сквозь щель в доспехах. Тарен закрыл глаза генерала и одними губами произнес молитву. Слез в его глазах не было – лишь холодная решимость.

— Пришли, – позвал Эшер с крыльца.

Натаниэль вспомнил, как в последний раз входил в это здание. Вспомнил Элайт Невандар, своего оруженосца, и невольно улыбнулся. Какой острой на язык она была, какой благородной – многим было до нее далеко. В тот раз они под конвоем вели Эшера к Дариусу Девалю, чтобы тот представил рейнджера королю Ренгару.

Тогда все было так просто! Но, глядя на Рейну, Натаниэль думал, что этой простоты ему теперь было бы мало. Он никогда не знал такой любви, принцесса заполняла пустоту в его жизни, о которой он даже не подозревал.

Фэйлен оттеснила Эшера плечом от зеленой дубовой двери.

— Думаю, лучше постучать мне…

Серый плащ, открывший дверь, оказался тем же здоровяком, что впустил их и прошлый раз, целую жизнь назад. Но теперь его здоровенная голова была испещрена шрамами, а один глаз заплыл, побагровел.

— Мы ищем убежища, – сказала Фэйлен.

На физиономии здоровяка отразилось еще больше смятения, чем до этого, но все же он их впустил. Внутри собралось около сотни Плащей, в основном раненых. В главном зале и на галерее все умолкли, когда вошел отряд со своими ранеными. Первым их встретил Нед Фенник, совершенно здоровый, не считая сломанного носа и пары синяков – да и те он получил благодаря Эшеру.

— И снова на тебе ни царапины. – Натаниэль сам удивился, что сказал это вслух.

Фенник оскалился, шагнул к нему, но Эшер преградил ему путь.

— Подраться хочешь? Я всегда готов, не сомневайся, – прорычал он.

Не успел Фенник ответить, как заговорил лорд-маршал Хорварт:

— Что все это значит? – Он крепко сжал плечо Фенника, отодвинул того назад. – Это наши гости. – Он перевел взгляд на Натаниэля. – И гости должны знать, что начинать стычки невежливо.