Книга Письмо Далай-ламы, страница 47 – Екатерина Чудинова

— Скажите, господин Като не останавливался здесь?

Батков, удивленный вопросом, отрицательно покачал головой.

— Нет, сударь, господин Като квартирует на улице Покровской, – ответил он. – Почти всегда там. Спокойное место и удобно для дела.

Матвей коротко поблагодарил и, надев форменную куртку наизнанку, направился на указанную улицу. Дойдя до нужного дома, он остановился на другой стороне, устроившись в тени высокого забора. Ждать пришлось недолго – вскоре в подъезд вошел Като. Карелин заметил повязку на его руке – точно в том месте, куда он ранил главаря шайки, напавшей на караван.

Матвей задумался. Ему хотелось бы остаться и продолжить наблюдение, но время было уже позднее, и он сильно устал после бессонной ночи. Он еще колебался, когда вдруг дверь снова открылась, и Като вышел на улицу. Теперь он был одет совершенно по-другому – в незаметную рабочую одежду: на нем были темная рубаха с закатанными рукавами и штаны из грубой ткани, на голове – старая кепка, натянутая на лоб.

Времени на раздумья не было, и Матвей отправился за японцем. Он шел осторожно, стараясь не привлекать внимания, прячась за столбами и прохожими, и внимательно наблюдал за каждым движением Като, который совсем не спешил. Японец остановился у расписания поездов, склонился к доске, изучая время отправления. Карелин, не теряя его из виду, встал немного поодаль и, скрестив руки на груди, притворился равнодушным прохожим.

Затем Като направился в трактир, где, видимо, общался с кем-то из знакомых. Когда он вышел, Карелин вновь последовал за ним.

На перроне Като вдруг свернул к поездам, и Матвей ускорил шаги, стараясь не отстать. Он заметил, как Като осмотрелся, затем, удостоверившись, что никто его не видит, залез в товарный состав, который готовился к отправлению в сторону Мысовой.

Матвей остановился на мгновение, ощущая, как внутри него нарастает волнение. Он был решительно настроен выяснить, что задумал этот человек, и вскочил на платформу соседнего вагона.

Итальянский экипаж, стремительно движущийся к Мысовой, внезапно наткнулся на препятствие. Дорога перед ним исчезла, растворилась в грязи, траве и сухих ветках. «Итала» остановилась на разъезде между Мысовой и Танхоем, и команда, собравшись вокруг нее, принялась обсуждать ситуацию.

Проблемы оказались серьезнее, чем они предполагали. Дежурный этого маленького разъезда, подойдя к ним, сообщил, что мосты в районе находятся в полуразрушенном состоянии и не выдержат вес автомобиля. Глубокие трещины и провалы, образовавшиеся на дороге после строительства Транссиба, оставили от прежнего пути лишь печальные воспоминания. Местами земля провалилась, обнажая вонзившиеся в землю камни и превращаясь в заболоченную трясину.

— Как же мы теперь проедем? – задумчиво произнес Гиларди, рассматривая карту, в то время как дежурный растерянно стоял рядом, удивляясь этим странным гостям.

— Надо сходить на разведку, – предложил Бартини, указывая туда, где дорога сворачивала в лес.

Князь Борезе с Этторе отправились вперед, но вскоре вернулись с недовольными лицами.

— Дорога в ужасном состоянии! Там такие ямы, что никакая машина не пройдет, – сообщил Гиларди, сбивая с обуви грязь.

Итальянцы разочарованно посмотрели на дежурного. Он вжал голову в плечи и развел руками, как будто понимал, чем вызвано расстройство иностранных господ: заброшенная дорога и груды камней оказались непреодолимыми препятствиями не по его вине.