Книга Пантеон оборотней, страница 263 – Евгения Якушина

Лисий Замок предстал перед друзьями мрачным гнетущим сгустком темноты, не то что пустынным, но даже и несообразным предположению, что в этих стенах, помимо печальных бестелесных призраков, могут встретиться живые люди.

Осторожно обойдя миниатюрную цитадель кругом, они убедились, что все окна, имевшиеся исключительно на стороне залива, темны, а на кованных воротах, ведущих, как им было известно по схемам инженера Кизилова, в анфиладу глухих внутренних дворов, весел внушительных размеров замок.

— Похоже, там никого нет, – прошептал Белецкий, не смея, однако, выходить из-под прикрытия густой тени. – Может, нам нет смысла искать катакомбы, а просто пробраться внутрь через какое-нибудь окно?

— Белецкий, тут такие окна, что в них и кошка застрянет, если только она до них доберётся! – возразил Руднев. – Да и потом, не стали бы заговорщики свою машину размещать в залах, где собираются всякие чудаки из научных кружков. Если в Лисьем Замке и впрямь скрывают какое-то адово устройство, то его должны прятать от людских глаз. Подземелья подходят для этого как нельзя лучше.

Но Белецкий не согласился.

— Насчёт соображений секретности вы, Дмитрий Николаевич, конечно, правы, но меня смущает шпиль. Если речь о беспроводном телеграфе, он должен быть частью конструкции… Я мало в этом разбираюсь, но читал, что Фессендену для его эксперимента по беспроводной передаче голоса пришлось присоединить к альтернатору Александорсона^[93] антенну высотой в шестьдесят саженей…

Руднев уже было намеревался прервать лекцию, из которой мало что понял, но его опередили.

По дороге, ведущей к замку со стороны дач, послышался рык автомобильного мотора. Среди жиденького перелеска, отделявшего берег от посёлка, замелькал желтоватый свет фар.

Друзья нырнули в глухие заросли и, притаившись, стали ожидать развития событий.

Вскоре к воротам подъехал грузовик военного типа. Из его кузова высыпало человек десять – крепкие мужики того вида, что наиболее характерен для завсегдатаев нехороших мест и бандитских окраин. Громилы рассредоточились подле автомобиля и закурили.

— А ну, гаси цигарки! – шикнул на них соскочивший с подножки верзила, очевидно старший в этой кодле.

Гайменики неохотно подчинились и теперь стояли без дела, тихо и угрюмо переругиваясь.

Вслед за главарём из кабины вылез ещё один человек, в котором Руднев и Белецкий узнали профессора Шлау.

— Велите им заткнуться и приступайте к делу, – резко приказал он главарю и злобно процедил по-немецки. – Вот шваль!

Верзила влепил подзатыльник стоявшему рядом громщику и, пересыпая свою речь отборной матерной бранью, приглушённо зарычал.

— Сказано вам, сукины дети, зекст (жарг. тихо)! Чтобы ни звука! Эй, Шкандыба! Чего стоишь! Давай ужо!

От группы лихих людей отделился хромой низкорослый здоровяк. Могучие плечи, маленькая голова, сутулая спина и непропорционально длинные руки делали его похожим на гориллу.

Шкандыба подошёл к воротам, ухватил за скобу и напряг свои саженные плечи. Раздался скрежет, затем брякнул сорванный с петель замок.

Смотреть продолжение спектакля Руднев с Белецким сочли излишним и, двигаясь беззвучно, отступили к берегу. Теперь выбирать путь для проникновения в цитадель им не приходилось.

— Пять минут назад я молил бога, чтобы в замке никого не было, а теперь предпочёл бы, чтобы там оказался взвод вооружённых заговорщиков, – проговорил Белецкий, когда никто из банды Шлау уже не мог их услышать. – Пусть бы эти пауки перегрызли друг друга! Дмитрий Николаевич, что мы будем делать, если Шлау со своей сворой доберётся до оружия? Он же наверняка собирается вывезти его и передать немцам! Как мы вдвоём сможем ему помешать?