Онлайн книга «Ягодный возраст»
|
Когда было лучше? Когда я еле сводила концы с концами и молча сносила надменно-холодные взгляды заведующих детских садиков, куда не хотели принимать моего ребёнка, потому что я не могла заплатить запрашиваемую ими сумму денег? Когда на меня брезгливо смотрели холёные дамы, устроившиеся в салонах шикарных машин и «не понимающие», как можно ходить в таком пальто и носить такие огромные сумки? Когда продавщицы даже более-менее приличных магазинов (о существовании бутиков я знала, но не более) смотрели на меня, будто я стеклянная, и пренебрежительно цедили ответ на заданный им вопрос? Когда чувство безысходности достигало апогея и прорывалось горькими слезами от чувства собственного бессилия? Или сейчас, когда любой продавец готов целовать мне ноги, если я не только купила, а хотя бы посмотрела на его товар? Когда с виду обеспеченные дамы, пусть не с завистью, но весьма заинтересованно смотрят мне вслед? Когда я трачу денег не столько, сколько могу, чтобы завтра не остаться без копейки, а сколько захочу, и не только на необходимое, но и на то, что мне сиюминутно понравилось? И заодно, всего-навсего, каждую минуту жду смертельного выстрела в спину… Так всё же когда было лучше? Я не могла ответить на этот вопрос, но у меня вновь появилось желание оказаться на необитаемом острове, а из этого следовало, что я штопором вхожу в депрессию. Пожалуй, чай хорошо, ну а кофе лучше, тем более кофе с коньяком, и хотя от депрессии такая доза не спасёт, но улучшит не только настроение, но и кровообращение головного мозга и, возможно, поможет переключиться на более насущные дела. То не ветер ветку клонит, не дубравушка шумит, То моё сердечко стонет, то моя душа болит. Извела меня кручина, подколодная змея, Догорай, моя лучина, догорю с тобой и я… Медленно ковыляя к своему креслу, я вдруг поймала себя на том, что напеваю «Лучинушку». Это одна из тех «весёлых» песен, которые я обычно мычала себе под нос, стоя ранним утром или поздним вечером на автобусной остановке, добираясь на работу или с работы домой. Особенно часто такое «песенное» настроение бывало в осенне-зимний период, когда шёл мокрый снег с дождём, дул пронизывающий северный ветер, а с проезжей части из-под колёс проезжающих машин прямо в лицо градом летели комья жирной грязи. Я остановилась и встряхнула головой: нельзя расслабляться и нельзя жить прошлым. Ещё раз тряхнув головой и отбросив прочь не очень приятные воспоминания, я решительно похромала обратно к креслу – и вовремя, так как зазвонил телефон. — Алло, – чуть запыхавшись, произнесла я. — Дорогая, ты что, ходила по комнате? – настороженно поинтересовался Георгий. — Я просто на минуточку подошла к окну, – оправдывающимся тоном ответила я. – Не могу постоянно сидеть в кресле, моя фигура уже принимает его формы. — Я не понимаю, о чём ты говоришь, – посуровел голос мужа. – Когда я приеду, тут же поедем к Наумычу, и он упакует тебя гипсом до макушки. — Нет, прошу тебя, пожалуйста, – взмолилась я. – Теперь я даже спать буду в кресле! — Не надо крайностей, – тон Георгия стал значительно мягче. – Значит так, мы сейчас из церкви едем на кладбище. У нас всё спокойно, не волнуйся. И ещё я думаю, что тебе сейчас не повредит капля коньяка. — Откуда ты узнал? Я именно это хотела сейчас сделать… |