Книга Третий круг рая, страница 78 – Марина Болдова

Мазур коллекционировал часы и все свое тикающее имущество поместил в утепленный сарай, примыкающий к дому. Это и была «каморка папы Карло». Низкая дверка в довольно просторное помещение располагалась все там же, под лестницей, рядом со шкафом. Рабочий стол, пара высоких кресел и оттоманка являлись частью все того же мебельного гарнитура, что и шкаф, но полки под часы Мазур сделал сам. По документам сарай входил в площадь квартиры, поэтому я, неожиданно для себя получив эти владения по завещанию Яна Карловича в наследство, автоматически стала претенденткой на вполне приличную однушку по расселению. Весь квартал готовили под снос, но пока все как-то застопорилось, давая местным жителям еще немного времени насладиться аурой старого города, близостью набережной, пляжами и соседством с городским садом.

Я шла «к Мазуру», чтобы побыть одной. Возможно, заснуть под знакомые мерные звуки, свернувшись клубком на короткой лежанке. И ни о чем не думать. И ни о ком – закрываясь в каморке, я всегда отключала звук на телефоне.

Ключи от этих владений висели у меня на связке, дубликат имелся только у отца, но после его смерти я на даче их так и не нашла.

В который раз подумав, что отец вполне мог бы жить здесь, а не скрываться в глуши у озера, я открыла дверь и остановилась у порога. В последний раз я была в квартире две недели назад, седьмого июля. И оставила после себя идеальный порядок. Сейчас же… Разгрома не было, но некоторые вещи лежали не на своих привычных местах. Я вышла обратно в коридор. Дверь в каморку с часами была закрыта на замок, я вставила ключ… Первое, что меня поразило, – тишина. Вор остановил все часы, сняв их с полок и поставив на стол. Напольные немецкие часы от «Лоренц Фуртвенглер», гордость Яна Карловича, были открыты, маятник замер, одно стекло с фацетом разбито. Обивка с оттоманки содрана… Я закрыла глаза – перед мысленным взором проплыла лодка…

— Вы далеко от центра? – Я позвонила Сотнику в надежде, что он все еще в городе. – Можете подъехать по адресу: Базарная, восемь? Я встречу.

Услышав короткое «да», я отключилась.

Вне сомнений, искали золото. Распотрошенная оттоманка, открытые часы тому доказательство. Искали везде, где можно спрятать что-то объемное. Почему не вспорот матрац на кровати в комнате? А он ватный, прощупывается легко. Вор не торопился, но к концу поисков, уже в каморке, не обнаружив искомое, явно занервничал. Стекло разбил…

Выйдя во двор, я решила до приезда Сотника ничего не трогать. Наверняка первое, что от него услышу, – вызывай полицию.

Я огляделась – узкий проезд под аркой, две глухие стены соседних домов и парадный вход в двухэтажный особнячок, где жил когда-то поляк Ян Карлович Мазур. Справа от входной двустворчатой двери – окно его единственной комнаты, заглянуть в которое просто – даже с моим ростом достаточно встать на цыпочки и вытянуть шею. Звонка на двери нет, его заменяет пара колокольчиков: один висит в сарае с часами, другой – в общем коридоре. Концы привязанных к ним веревок продернуты в круглую дыру, высверленную в двери. Дергать предлагается за оба сразу – Мазур сплел их в тугой узел. Все знакомо до мелочей: дверные ручки на створках разные – сохранилась лишь одна «львиная голова», вторую, украденную кем-то неизвестным, Мазур заменил на круглую, купив ее в строительном магазине.