Книга Серебряный капкан для черного ангела, страница 91 – Марина Болдова

Вот этот прутик, как назвала его Берта, и стал вторым звеном. И понеслось… Останки, свежий труп, потом второй, третий… и как итог – он, Федор, на больничной койке.

В дверь постучали, так, для приличия, она распахнулась, и в палату вошел капитан.

— Здравия желаю, товарищ майор. Мне сказали, вас сейчас переводят в общую палату, значит, идете на поправку.

— Да нормально я себя чувствую, Антон. Присаживайся, поговорить нужно.

Что ценил в парне Федор, так это умение слушать, тут же анализировать и молча делать выводы. И ни одним мускулом лица не выдать своего отношения к тому, что говорят. И только после, когда начальник поставит точку в рассказе и попросит высказать свое мнение, он выскажет. Да как! Федору останется лишь сказать – иди работай. Задачи себе капитан Канин ставит сам.

Федор уже подумывал о том, чтобы уйти на пенсию, пусть парень карьеру делает, а он… дом в порядок приведет, виноградником займется, садом… Приметил он у Аглаи унаби и кизил, любил в детстве очень… выпросит саженцы.

Вот найдут они убийц Ксении Голод и мужа Берты, напишет Федор рапорт… «Ну, да… напишу…» – с сарказмом подумал он.

— Что думаешь, Антон? Я уверен, экспертиза покажет, что останки принадлежат Дмитрию Маркову. Убийца его, с большой долей вероятности, Лев Лапин…

— Или Василий Голод. Конечно, это с натяжкой, но я бы не исключал возможность его нахождения в это время где-то в наших краях. Или его подручных. Неужели он простил Маркову украденные деньги?

Вот он, свежий взгляд на события!

— Молодец, Антон. Мне даже в голову не пришло. Я дам тебе контакт бывшего следователя в Самаре, который вел Голода на протяжении многих лет. Правда, он на пенсии уже, но память у старика отличная. Созвонись, он поможет. Отработай эту версию, чтобы не думалось.

— Хорошо. Еще мне показалось, что Осокин не все вам рассказал о тайнике. Я прикинул глубину тайника, о котором он сообщил. Ну, достал он со стремянки на длину руки плюс торса. А какой высоты сами антресоли? Дом – обычная пятиэтажка, как вы сказали, потолки максимум два семьдесят. Отнимаем два метра, ниже уже некуда, остается семьдесят сантиметров. Можно, конечно, проползти попробовать… но вряд ли, если дно фанерное.

— Не пойму, к чему клонишь.

— Думаю, с обратной стороны тоже можно попасть на антресоли, и там тоже может быть двойное дно.

— Помню, что со стороны кухни – да, занавесочка такая легкая. Но там банки с заготовками стояли в несколько рядов.

— А под ними? Не смотрели?

— Ты думаешь, Осокин там мог свой личный схрон устроить? Не исключено, что ты прав. В банк ворованное он явно не относил, мог наличку хранить у Аглаи в квартире. Как он сам сказал – кто же у нее искать будет?

— Квартира эта кому сейчас принадлежит?

— Аглае Лапиной. Она говорила, что там квартиранты живут, соседка присматривает. Нужно бы съездить в Самару. Хотя нет. Я думаю, что не Осокин там что-то прятал, а Дмитрий. И кроме денег Голода он и свое забрал, когда провел в квартире ночь с Аглаей.

— Простите, товарищ майор, но не логично получается. Когда положить успел? Он раньше бывал там?

— Да кто же его знает! Общались они с Осокиным, тот мог и впустить Дмитрия в отсутствие хозяйки.

— Федор Николаевич, а что, если он не положил свое, а нашел что-то, что принадлежало Аглае? Что-то ценное, наследство бабушки, например.