Книга Ледяное сердце эриды. Зарождение легенды, страница 26 – Цитианка

— Мне не дано решать, как должен править король, Ваше Высочество. Я хладница, а не судья и не советник. Но если вы спрашиваете не как принц, а как человек… — я на мгновение задерживаю дыхание, — то, наверное, правление начинается с закона, но удерживается совестью. Потому что закон без совести становится жестоким.

Внутри снова поднимается волнение, но вместе с ним какая то странная ясность, будто я впервые проговорила то, что никогда не позволяла себе думать вслух.

Он выпрямляет спину так, что кажется выше, глядя на меня сверху вниз. Его чуть вьющиеся каштановые волосы мягко ложатся на скулы, отбрасывая тонкую тень на лицо. Я не знаю, устроил ли его мой ответ. Он смотрит долго, чуть прищурившись, как будто взвешивает каждое слово внутри себя. На губах не появляется улыбки, и ни один мускул не выдаёт настоящих чувств. Я могла бы вдохнуть его эмоции, чтобы хоть, как-то понять его намерения, но мне нельзя. У королевской семьи строгий запрет и только хладница принца имеет право касаться его чувств. Я не переступаю черту, хотя внутри ощущаю тягучее любопытство и искушение узнать, что на самом деле происходит за этой невозмутимой маской.

— Я выслушал тебя, Элария Дарр, — наконец произносит принц. — Ты говорила о Власти, которая тяжелее трона. Ты говорила о Законе, который удерживает порядок. И ты говорила о Совести, которая судит. Позволь мне закончить этот урок.

Он делает короткую паузу, наклоняясь ниже.

— Представь три меча, Элария. Три клинка, которые должен держать в руках каждый правитель. Первый меч — Меч Власти.

Он делает жест, словно вынимает из ножен огромный меч, и я почти вижу, как мерцает сталь в воздухе.

— Власть это воля к действию. Способность изменить мир, дать приказ и быть уверенным, что он будет исполнен, независимо от желания или нежелания окружающих. Он самый важный в бою. Без него ты не защитишь и не завоюешь. Но этот клинок — двуручный. Он всегда грозит ранить того, кто держит его рукоять, если обращаться с ним небрежно.

Он делает паузу, позволяя мне усвоить его слова. Я непроизвольно напрягаюсь. Власть, которую я назвала, теперь превратилась в осязаемое, опасное оружие.

— Поэтому рядом с Властью всегда должен быть второй клинок. Меч Закона.

Он делает еще один жест, и я представляю второй меч, который намного тоньше и ровнее первого.

— Он сделан не из стали, а из чистого, отполированного до зеркального блеска серебра, на котором выгравированы все статьи и параграфы. Он не рубит, он разделяет. Он делит общество на «можно» и «нельзя», «твоё» и «моё». Закон — это щит, который держит порядок. Он даёт стабильность, предсказуемость, и, как ты верно сказала, снимает ответственность с правителя за ежедневные решения. Он нужен для строительства, для мира, для торговли. Если ты лишишься этого клинка, Власть станет хаотичной и опасной. Но знай, Элария, Меч Закона — хрупкий. Он может треснуть под ударом, если Власть не обеспечивает его исполнения.

Принц переводит взгляд на меня, опуская руки на подлокотники трона.

— И наконец, третий клинок, Элария Дарр. Самый незаметный, но самый важный. Это Меч Совести. Он не имеет веса. Его нельзя выковать, и он не требует заточки. Он — лишь отражение в зрачке короля, когда тот смотрит на себя в зеркало. Совесть — это весы, на которых взвешивается применение Власти и Закона. Именно он определяет, когда острый клинок Власти должен быть вложен в ножны, а когда серебряный Клинок Закона должен быть пересмотрен и заново выкован, потому что он стал несправедливым.