Книга Ледяное сердце эриды, страница 167 – Цитианка

— Ты быстро вернулась к жизни, Селина, — произносит он не оборачиваясь, голос его сух, но не резок. — Твоё имя уже вписано в Книгу Памяти. Как думаешь, стоит его вычеркивать? Или оставить — на случай, если снова решишь исчезнуть?

Я не поддаюсь на его тонкую издёвку и не отвожу взгляда от его затылка.

— Я пришла не за тем, чтобы вычёркиваться или проситься обратно в строй, — отвечаю не торопясь подойти ближе. — Я пришла понять, для чего ты, Эзар, поставил наш род на ту сторону, где нас будут использовать в чужой войне.

Эзар разворачивается медленно. Лицо у него спокойное, но в глазах вижу раздражение — словно он не привык, что ему задают такие вопросы.

— Мне не нужно оправдываться перед тобой, — отчеканивает он. — Твой долг — слушаться старших, как слушалась до сих пор.

Он подходит ближе, взгляд тяжёлый, руки по-прежнему сцеплены за спиной.

— Ты забыла, каков порядок? Я мог бы отправить тебя в озеро прямо сейчас, Селина. За то, что позволила себя поймать, за то, что тебя использовали на конклаве, как оружие людей. Но я не делаю этого. Только потому что ты нужна мне. Ты важна для рода, для будущего Луциора.

— Конечно важна, — отвечаю без улыбки, ни на йоту не смягчая голос. — Для исполнения твоих долгов, которые ты сам же и придумываешь. Для того, чтобы делать за тебя грязную работу, когда остальные не справляются. Я — твой инструмент, Эзар. Пока нужен. Пока выполняю то, на что другие не решаются.

Я делаю шаг вперёд, чувствую, как под подошвами холодно от камня.

— Я была мертва для тебя ровно до тех пор, пока тебе это было удобно. Но теперь мне нужно знать: ты ведешь нас к жизни или к резне? Твой новый порядок — это очередная охота, только теперь мы станем добычей для других королевств? Или ты действительно веришь, что союз с Майрисой принесёт нам что-то, кроме смерти?

Эзар выдерживает паузу, его взгляд скользит по мне, цепляет иней на висках, тени усталости под глазами.

— Ты не понимаешь, — выдыхает он, — мы больше не можем выживать поодиночке. Нас стало слишком мало, чтобы держаться на старых законах. Я выбираю путь, на котором есть шанс не просто выжить, а вновь стать силой. Время, когда эриды были изгоями, заканчивается. Люди стали умнее, осторожнее, охотиться стало сложнее — ты знаешь это не хуже меня. С каждым годом нас всё меньше, наши тропы становятся уже, а их капканы — изощрённее. Если мы присоединимся к Териону, у нас будет возможность жить, не боясь замёрзнуть, не заботясь о том, что в очередной раз придётся выходить на охоту, чтобы выжить. Не будет нужды прятаться, забирать эмоции у тех, кто сопротивляется. Что может быть лучше, чем когда люди сами добровольно приходят к нам? Когда они знают: мы заберём их страх, и взамен они получат то, чего не даст им никто — спокойствие.

Он опирается ладонями о край стола.

— Впереди война, и поверь мне, их страха и ужаса перед этим хватит нам всем с избытком. А взамен они пойдут в бой, не дрожа ни перед смертью, ни перед врагом.

Он подходит ближе, лицо его ровное, в голосе уверенность, которую я помню с детства.

— Мы не их добыча, Селина. Мы — их благословение, их оружие, их сила. Они будут видеть в нас то, что мы захотим показать. Мы — выше их, понимаешь? Примешь ли ты это или нет, но именно так и будет: наш род поднимется, если перестанет цепляться за старый страх. Ты спрашиваешь, к чему ведёт этот союз? К новому миру, в котором мы диктуем условия, а не умоляем о выживании.