Книга Ледяное сердце эриды, страница 178 – Цитианка

— Вот видишь, Селина, парень-то с характером. Быстро схватывает.

Лаэр усмехается, вытягивает ноги, отклоняется назад, упираясь руками в матрас.

— Знаете, всё не так уж плохо. Не надо больше выходить на охоту, не надо искать тех, кто сильнее боится. Вот тебе человек — бери, когда нужно.

Эсса качает головой, дёргает плечом, будто стряхивает усталость.

— Ага, замечательно, Лаэр. Сегодня тебя кормят, а завтра на передовую отправят. Очень удобно. Хотя тебе проще — ты у нас лекарь, будешь где-нибудь в палатке с бинтами сидеть, раненых лечить, заодно подкормку получишь.

Ривен, не отрываясь от своих кожаных ремней, усмехается коротко:

— А ты на дереве спрячешься с луком и стрелами и будешь сверху считать наши головы.

— Да брось, Ривен. Они тут мне пытались какой-то арбалет всучить — тяжёлый, неудобный, с этими их рычагами. Отказалась, пусть сами таскают свои железки. Мне мой лук и стрелы привычнее — по крайней мере, знаю, в какую сторону полетят.

— А ты, Селина? — Корвен переводит взгляд на меня, облокачиваясь бедром об угол шкафа. — Как тебе такая жизнь? Лучше, чем охотиться или всё-таки… — он не договаривает, но в глазах настоящий интерес, никакой иронии.

— Мне все равно. — я пожимаю плечами. — Главное, чтобы за мной не бегали с цепями и не строили ловушек. Если здесь можно просто делать свою работу и не ждать, что тебя в любой момент сдадут за пару монет, значит, жить можно. А всё остальное… посмотрим.

Пауза повисает короткая. Корвен задумчиво кивает, будто это его устраивает.

— Тоже вариант, — произносит наконец. — Тут пока всё по правилам, а дальше — кто как выстоит.

Замечаю, как в казарме постепенно стихает шум — усталость, предвкушение, неуверенность растекаются по полу вместе с вечерними тенями. Каждый устраивается по-своему: кто-то перематывает ремни, кто-то точит нож, кто-то молча смотрит в потолок.

Я остаюсь на своей койке, рядом Лаэр, чуть поодаль Эсса, Корвен подсаживается ближе, будто уже принял новую роль. Внутри всё спокойно, даже чересчур: тишина — как затишье перед ударом.

В коридоре слышен короткий топот — Варик возвращается, что-то говорит стражникам, голос сдержанный, но строгий. Через секунду дверь открывается, он проходит в казарму, задерживает взгляд на каждом, словно отмечает, кто и как держится.

— Планы меняются. Выдвигаемся, — говорит он. — Первый отряд — до рассвета. Цель — Веларрон. Задача — дестабилизация позиций, сопровождение основных войск.

Он делает паузу, переводит взгляд по очереди на меня, на Лаэра, на Эссу. Даже Ривен на миг поднимает голову.

— И да… — Варик чуть опускает голос, сдвигает брови, будто подбирает слова, — готовьтесь к сопротивлению. Они ждут нас.

Варик задерживается на пороге, будто хочет добавить ещё что-то, но ограничивается коротким кивком.

— Отбой через час. Отдохните, завтра будет трудно.

Он выходит, оставляя за собой тихое напряжение — теперь никто не смотрит в потолок, никто не перетягивает ремни. Все понятно без слов: завтра — война.

Готовьтесь к сопротивлению. Они ждут нас.

Все просто: завтра мы идём на Веларрон. Но для меня за этим приказом стоит другое — чья-то рука, которую я когда-то сжимала в темнице, взгляд, что ловил мою тень даже в самой тёмной ночи.

Каин.

В голове всплывает его лицо, будто даже здесь, тень его взгляда следит за мной. Всё, что было между нами, не уместится ни в один разговор, ни в одну ночь.