Книга Зеркальные города-близнецы. Книга 2, страница 62 – Цан Юэ

Как здесь мог оказаться еще один сияющий меч?

Сумо обернулся и увидел хозяина меча.

— Сицзин? – удивленно воскликнул кукловод.

— Не… не убивай ее… Это старшая сестра Тин… Сяо. – Тяжело раненный Сицзин подбежал, запыхавшись, к Сумо. – Ее нельзя убивать!

В руках у него была мертвая русалка. Совсем обессилев, Сицзин остановился и опустил тело Тин на землю. На ее лице по-прежнему играла умиротворенная улыбка.

— Что? Тин… умерла?

Сумо не видел девушку со вчерашнего дня. Глядя, как Сицзин бережно кладет ее тело, кукловод изменился в лице. Прекратив атаку, он перенаправил сеть из сплетенных друг с другом смертоносных нитей в сторону стоящих неподалеку воинов Цанлю, устанавливая преграду, чтобы они не сбежали, а затем повернулся к Сицзину.

— Это люди империи Цанлю убили ее?

Сицзин молча кивнул. Не зная, что можно еще добавить, он пробормотал:

— Она всегда заботилась обо мне, а я… я не смог ее защитить… но, но…

Он не мог больше говорить, лишь поднял комок земли и стал растирать ее между пальцев.

Сумо опустил голову, не говоря ни слова. На его красивом лице отразилась целая вереница разных эмоций.

После паузы лучший мечник Облачной пустоши поднял руку и, коснувшись ею лба в почтительном жесте, торжественно произнес, обращаясь к молодому царю морского народа:

— Я хочу завершить дело, которое мечтала выполнить Тин: я приложу все свои усилия, чтобы помочь морскому народу вернуться в Лазурное море. Господин Сумо, прошу вас принять мою помощь!

Сумо ничего не ответил. В воцарившемся молчании слышны были лишь завывания ветра среди руин сожженного города.

Сицзин недоуменно поднял голову. Раздался какой-то шорох, и перед его лицом вдруг оказалась копна волос цвета аквамарина: Сумо опустился на одно колено и склонил голову в знак признательности прославленному генералу империи Кунсан. Затем он протянул ладонь и крепко сжал руку мечника. В его бездонных немигающих глазах появился удивительный блеск, который Сицзин не замечал у него раньше. Помолчав еще немного, он серьезно, с не свойственным ему трепетом в голосе сказал:

— Ты склонил передо мной голову из-за Тин… Генерал, от имени всех русалок Морского царства благодарю тебя за все приложенные тобой усилия!

Сицзин был ошеломлен. Только когда холодная рука Сумо сжала его ладонь, он пришел в себя. Честно говоря, генерал не ожидал от мрачного и высокомерного кукловода такого поступка.

В конце концов он юный повелитель морского народа…

— В таком случае я прошу тебя отпустить Сяо, – повторил свою просьбу Сицзин. Его руки были в крови, которая испачкала нити, привязанные к пальцам кукловода. Кунсанский генерал поднял голову и посмотрел на русалку, все еще удерживаемую смертоносной сетью. – Тин не желала ей смерти.

— Я не могу простить предательницу! – Глаза Сумо вмиг стали холодными, в них засверкали огоньки ярости. – Я слышал, что двадцать лет назад Армия Возрождения потерпела поражение из-за нее. Прошло столько времени – и она опять совершила предательство, примкнув к армии империи Цанлю и пытаясь убить нас, в том числе и свою сестру! Я не могу простить многократную измену!

Сицзин не нашел слов для ответа. Тин никогда не рассказывала ему о том, что ее старшая сестра предала свой народ двадцать лет назад. На протяжении всех прошедших годов, когда она говорила о Сяо, на ее лице всегда читалась привязанность и восхищение старшей сестрой.