Книга Закон тирана, страница 157 – Дэниел Абрахам

— Все так, но я о другом.

— О чем же?

— Подозреваю, что та пятерка забрала наших лошадей.

— Вот оно что, – наконец понял Кит. – Плохо дело.

— Как вы смотрите на то, чтобы с помощью ваших нечеловеческих способностей добыть замену?

— Полагаю, до города мы способны дойти пешком, а там заработаем на лошадей. Не исключено, что времени уйдет немало, но можно попытать удачи.

— Я больше насчет того, чтобы подойти к владельцу годной лошади и попросить разрешения покататься.

Мастер Кит неловко хмыкнул, Маркус вопросительно посмотрел на него.

— Я убежден, – произнес Кит, – что власть богини может привести к разложению. К утрате самого главного, что в нас есть.

— Ну да, – буркнул Маркус. – Кит, мы тут мир спасаем. Давайте уж не отвлекаться.

Старый актер вздохнул:

— Что ж, подумаю, что можно сделать.

Выбравшись на драконью дорогу, Маркус и мастер Кит погнали лошадей в полную силу, меняя их дважды в день, так что не уступали скоростью даже гонцам. Перед глазами, как огромный серо-коричневый плащ, лежали поля, фермы, нетронутые леса и равнины Антеи. Деревья сбрасывали летнюю зелень. В полях первокровные фермеры, верхом на мулах, с плетками в руках, приглядывали за тимзинами, собирающими осенний урожай – тыквы, кабачки, озимую пшеницу. На крышах встречавшихся на пути низких храмов неизменно красовалось знамя паучьей богини, колыхающееся на ветру. Однако даже эти предвестники не спасли Маркуса от удивления, когда путники наконец достигли Кемниполя.

В город въезжали с юга; весь остаток пути перед глазами высилась огромная столица, выстроенная на скале. С извилистой дороги, поднимающейся к воротам, видны были только мощные городские стены, за которыми люди то ли есть, то ли нет. И лишь после того как путники миновали тоннель в стене и въехали в город, стал ясен его истинный размах. Вокруг Маркуса теснились здания по два, три и четыре этажа. Улицы полнились людьми – в основном первокровными, среди которых нередко мелькали тралгуты, ясуруты и дартины. Однако не это было самым странным. Город пропитывала непостижимая для Маркуса смесь – величие, утомленность, ощущение неисчислимых лет. На своем веку он повидал немало городов и до Кемниполя, пожалуй, сказал бы, что город, обладающий собственным лицом, никакая не диковина, что любое поселение имеет свои обычаи и особенности, что кофе в Нордкосте пьют с медом, а в Маччии с кардамоном. Кемниполь в эти рамки не вписывался. Характер столицы не сводился к обстоятельствам жизни и привычкам горожан. Он прорастал из камня, наполнял собой воздух. Здесь становилось понятно, что Кемниполь – живое существо, а люди на улицах принадлежат ему так же, как кожа, сухожилия и мышцы принадлежат телу.

А удивительнее всего то, что это не составляло тайны. Маркус, лишь ступив внутрь городских стен, увидел это так же ясно, как видел солнце на небе.

Кит рядом с ним натянул поводья:

— Вы, стало быть, в Кемниполе впервые?

— В мою пору здесь не требовалось столько наемников, – сказал Маркус. – Я по большей части сидел в мелких гарнизонах. Подумать только, я глазею на город как мальчишка.

— Это вы еще Разлома не видели.

Впрочем, прежде бездны Разлома им предстояло увидеть нечто другое. За углом открылась широкая площадь, и взгляду предстал Кингшпиль, вознесшийся в небо выше, чем подобает творению человеческих рук. Под полуденным солнцем казалось, что он и сам испускает свет. А в вышине, почти на самом верху, колыхалось огромное знамя.