Книга Королевская кровь, страница 195 – Дэниел Абрахам

— Да-да, – улыбнулся Паэрин. – И это тоже.

Канл Даскеллин с семьей расположился в паланкине, сразу подхваченном десятком рабов, Китрин с Паэрином в конной повозке следовали за ним на почтительном расстоянии. С приближением к Кингшпилю Китрин начала понимать, насколько огромная собирается толпа. Все улицы и проулки полнились вельможами, их слуги отчаянно переругивались, стараясь пробиться вперед и крича о привилегиях и этикете, – так рыбаки после ловли переругиваются из-за сетей. Повозка, везущая Китрин и Паэрина, свернула в сторону за четверть лиги до башни и остановилась.

— Благодарю! – крикнул вознице Паэрин Кларк, бросая ему медную монету.

Китрин сошла с повозки и спросила:

— Дальше пешком?

— Как нам и подобает по званию, – ответил он, предлагая ей руку.

Архитектура залы оказалась великолепной. Не важно, где ты стоишь и высок ли человек перед тобой, главное возвышение в конце залы было видно отовсюду. Гедер сидел в бархатном кресле, рядом расположился Астер. Китрин едва сдержала порыв помахать им рукой. Зрелище этой парочки делало все похожим на театральное представление, хотя Китрин и понимала, что это не так. Гедер не играет роль лорда-регента, он и есть лорд-регент. Если исполнять роль лорда-регента и быть лордом-регентом – не одно и то же.

Жрец Басрахип стоял поодаль со склоненной головой, словно к чему-то прислушивался. Китрин почему-то представилось, что он улавливает все сказанное в зале, даже шепот.

— Видите в дальнем левом углу женщину в сером? – спросил Паэрин Кларк так тихо, что слова почти потерялись в слабом гуле сотни обменов репликами.

Китрин вытянула шею, всматриваясь. Она разглядела Канла Даскеллина с семьей, но никаких серых одежд не заметила. Одна из дочерей выглядела разукрашенной, будто нарядилась на праздник. Китрин сдвинулась чуть дальше и наконец увидела то, на что указывал Паэрин. Дама на пороге средних лет, лицо кажется изваянным без единого острого угла. Серый плащ, словно сотканный из пепла. По обе стороны от нее стоят молодые люди – один высокий и крепкий, с окладистой бородой, как носят на флоте, другой пониже, с бородкой недавней.

— Жена и сыновья Каллиама, – кивнула Китрин.

— А, вы их уже где-то встречали.

— Нет.

Китрин взглянула на публику. Опальная семья стояла, глядя прямо перед собой, на лицах читались безучастность, отчаяние, непроницаемый ужас. Окружающие усиленно делали вид, что их не замечают. Каллиамы были все равно что призраки. Их никто не видел.

Нет, неправда. Их видел Гедер! Китрин подалась вперед. Гедер смотрел на семью Каллиама, и в его лице не было ни злобы, ни мстительности. Интересно. В подземелье он говорил, что враги должны ответить за все унижения, и Китрин ему поверила. А теперь он отчего-то тревожится.

Барабанный бой возвестил прибытие осужденного, поблизости от Гедера с Астером открылась небольшая дверь. Вошел седой мужчина с откинутыми назад волосами, с пятнами грязи на холщовых рубахе и штанах. Босой, с почерневшими подошвами. Он держался царственнее, чем регент, – настолько царственнее, что Китрин на миг устыдилась за Гедера.

Доусона Каллиама, героя и изменника, заставили опуститься на колени посреди залы; стражники, вставшие по обе стороны позади него, обнажили мечи. Астер взглядывал на Каллиама с беспокойством.