Книга Когда родилась луна, страница 44 – Сара А. Паркер

Нуж взмахивает своими пергаментными крыльями и взлетает, порхая вокруг меня вихрем головокружительных движений, тыкаясь клювом мне в лицо, плечо, шею. Она пытается ткнуться в ухо, что заставляет меня улыбнуться вновь.

— Осторожно, не поранься, – бормочу я, мягко отталкивая ее от своего лица и направляя в противоположный угол комнаты, чтобы она могла расправить свои маленькие крылышки. Она делает несколько высоких сальто, затем наклоняет голову и резко падает – слишком быстро.

Слишком высоко.

Она ударяется клювом об пол, и я вздрагиваю.

Проклятье.

Я вскакиваю на ноги и бросаюсь к ней, подхватывая на ладонь.

— Нуж, я очень хочу, чтобы ты перестала так делать…

Она дергается и переворачивается на спину, демонстрируя три красиво написанные буквы на животе. Остальное послание спрятано в изгибах ее изящного тела.

нуж

Я бросаю на нее недоверчивый взгляд, не впечатленная столь явным подталкиванием к тому, чтобы я ее развернула.

— Знаешь, из всех уловок, которые ты используешь, чтобы заставить меня читать тебя, эта – моя самая нелюбимая, – бормочу я, ожидая, когда она снова начнет двигаться. Снова взмоет в воздух и выплеснет всю энергию, которую накопила, пока меня не было.

Но этого не происходит.

— Я серьезно. – Я покачиваю рукой. – Ты выглядишь мертвой. Прекрати.

Она все еще не двигается.

Я дую на нее. Снова.

Снова.

Мое сердце сжимается.

— Нуж…

Она машет пергаментным хвостом, и я с шумом выдыхаю от облегчения.

Качаю головой, потирая грудину.

— Это называется «поощрение за плохое поведение», – ворчу я, осторожно разворачивая ее помятый клюв, голову, хвост, крылья, а затем и тело, обнажая послание, которому уже более пяти фаз:

Три коротких слова, которые, я уверена, никогда мне не предназначались – не то чтобы это мешало мне читать их снова и снова.

Я впитываю в себя тонкие изгибы каждой буквы, проводя по ним подушечкой большого пальца, как по животу Нуж, и вспоминаю тот момент, когда она прилетела ко мне.

Должно быть, она заблудилась на пути к тому, кому предназначалась, и вместо этого прижалась к моей шее, словно в поисках утешения. Я развернула ее, прочитала послание и поняла, насколько оно важно: оно пришло от того, кому было очень плохо и кто, возможно, не знал, как сказать об этом вслух.

Я свернула ее и подбросила обратно в небо, попросив Клод отнести ее повыше, чтобы она смогла направиться в нужную сторону.

Найти того, кому она предназначалась.

На следующий подъем авроры я проснулась от того, что Нуж лежала у меня на ладони, с порванным крылом и сильно вдавленным клювом, словно боролась с потоками Клод… и победила.

После этого с ней трудно было расстаться.

Я снова провожу большим пальцем по этим трем словам, затем осторожно складываю Нуж обратно, расправляя клюв и проверяя, не стал ли разрыв еще больше. Она вырывается из моих рук и мечется по комнате, словно сгорая от переполняющей ее энергии.

— Если не будешь осторожнее, я завалю комнату пухом, – предупреждаю я, и она, перевернувшись в воздухе, плавно подлетает ко мне и утыкается носом мне в шею. Я кладу руку поверх нее и раскачиваюсь, пока она не перестает шевелиться, а мои мысли не возвращаются к Эсси. К тому, как она смотрела на меня большими глазами, в которых было… слишком много.

Вздохнув, иду к тюфяку, а затем поднимаю глаза к небу за окном.