Книга Когда родилась луна, страница 93 – Сара А. Паркер

Близость.

В моей новой клетке пахнет огненной смертью и серой – рыхлая, вздымающаяся чернота, которая рычит вокруг меня, издавая гулкие звуки, отдающиеся эхом. Булькающие, скрежещущие звуки и барабанный бой…

Крыльев.

Ту-думп.

Ту-думп.

Ту-думп.

Я стону, мое лицо покрывает липкая слизь, которая так и норовит утопить меня, заливая голову и растекаясь по волосам при каждом резком повороте, подъеме и головокружительном падении.

Зазубренное лезвие страха пронзает мою грудь.

Саберсайт не разжал челюсти и не перемолол меня стеной сабель, о которую трется мое колено. А это значит, что я, к сожалению, оказалась права. Есть только одно место, куда мне суждено попасть, если я не захлебнусь в его слюне до того, как мы туда доберемся…

Это чудовище тащит меня в Гондраг, чтобы скормить своим отродьям.

Дерьмо.

Я понятия не имею, как долго мы находимся в воздухе. Не представляю, как быстро может лететь этот зверь со своим огромным размахом крыльев. За пятнадцать ведер кровавика в городском вольере Гора можно купить рискованный билет в один конец в Гондраг для тех, кто достаточно глуп, чтобы попытаться украсть яйцо саберсайта. Но, как говорят, на это уйдет семь циклов авроры – если вы вообще туда доберетесь.

У меня точно не хватит сил пережить семь циклов авроры у него в пасти.

Я издаю булькающий звук, находя слабое утешение в осознании того, что, скорее всего, умру раньше, чем меня выплюнут в гнездо из расплавленного камня рядом с выводком маленьких голодных версий этой твари.

Дрожь пробегает по моей спине, когда я представляю, как они доедают то, что от меня останется, изрыгая пламя, которому не хватает силы, чтобы покончить с моей жизнью. Я определенно либо одержима, либо проклята – либо и то, и другое.

Внезапно и без предупреждения чудовище начинает падать.

Мои кишки впечатываются в позвоночник, а сила падения смещает деревянный столб в пасти чудовища и отбрасывает меня назад. Я резко останавливаюсь у задней стенки его глотки, выпучив глаза, и смотрю в ребристую пещеру на языки пламени, кипящие у ее основания и обдающие меня таким яростным жаром, что я удивляюсь, как плоть не плавится на моих костях.

Прошлое и настоящее перемешиваются, разъедая мои внутренности…

Еще один крошечный толчок назад – и этот огонь поглотит меня.

Наконец-то он доберется до меня.

Сердце колотится быстро и сильно, я закрываю глаза и крепко зажмуриваюсь. Постукивая ногой по столбу, я напеваю веселую песенку и представляю себя где-нибудь в холодном и темном месте, где снежинки осыпают мое запрокинутое к небу лицо: