Книга Записки о сломанном мире 2, страница 92 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Это первый, — честно сказал я.

— А сколько раз вы вообще отдыхали?

— за тот же срок?

— Естественно.

— Э-э-э… Не припомню…

— А я скажу вам точно! Ни одного! Этак любую лошадь загнать можно, не то что человека. Помяните моё слово, при такой организации службы Митчелл добьётся массовой демонстрации протеста родственников сотрудников. Причём с собственной супругой во главе! Допивайте скорее чай, Уильям, и мы пойдём с вами устранять это досадное упущение. Гулять по лесу!

— Ты обещала мистеру Андервуду попрактиковать с ним стазис, — напомнил папаша-Винкер, изображавший памятник, спрятавшись за газетой. По-моему, он был до умопомрачения рад, что явился некто, способный отвлечь на себя часть хлопотливой энергии его прелестной дочери.

— Ах, точно! — всплеснула руками Эрмина. — А какой у вас уровень, Уилл?

— В последний раз был сорок три. Кажется.

— Хм. А мы проверим!

Она живо притащила из соседней комнаты крошечный портативный прибор и прицепила мне на запястье манжетку, пояснив:

— Это домашний вариант, может быть погрешность в пределах уровня-полутора, но общий порядок значений мы поймём.

Я замер в надкусанным бутербродом в руках, но Эрмина только отмахнулась:

— Ешьте спокойно, Уилл, этой железяке совершенно всё равно.

— А доктор Флетчер заставляет меня сидеть неподвижно, а иногда ещё и не дышать, — пожаловался я.

— Ах, доктор Флетчер! Ему лишь бы покомандовать… — она смотрела на прибор, приподняв бровки. — Хм. А вы уверены, что было сорок три, а не пятьдесят три, м?

— Более или менее.

— Значит, вы здорово подросли за месяц! Что же, идёмте займёмся стазисом, а потом непременно — гулять!

ПРОТИВ ВОЛИ

К моему глубочайшему удивлению, никаких ужасных происшествий в эти выходные не произошло. Я дивно провёл время, гуляя с Эрминой и упражняясь в стазисе. Под вечер воскресенья, надо сказать, у меня уже неплохо выходило, хотя признаться честно, я бы предпочёл заняться с мисс Винкер некоторыми другими упражнениями, но она ни словом, ни жестом не давала мне понять, что помнит о случившемся между нами на берегу. Не думаю, что воспоминания были ей неприятны — иначе вряд ли она приглашала бы меня в гости. Но сейчас, когда обстановка была спокойной и размеренной, она (как разумная девушка) позволяла ситуации развиваться патриархально-традиционным образом.

За эти неполных два дня я действительно отдохнул, чувствовал себя посвежевшим, однако по дороге домой настроение моё начало неуклонно падать. Я невольно возвращался к заданию, которое меня ожидает. И мысль о кадаврах, имеющих вид детей и подростков, с которыми должен был расправляться именно я, отравляла мне душевное состояние всё сильнее и сильнее.

Спал я в ту ночь дурно, а следующим утром тащил себя в Департамент буквально за шиворот.

— Андервуд, зайди к Харрисону, он ждёт! — предупредил меня дежурный на входе, так что пришлось мне сразу направить стопы к шефу в кабинет.

— Ну как выходные? — преувеличенно бодро начал шеф при виде меня. — Полон сил и энергии?

— Признаться, сейчас вы меня немного пугаете, сэр.

Он неловко откашлялся.

— Уилл, я понимаю, насколько неприятно это задание…

— Но перепоручить его всё равно некому, — прервал его я. — Поэтому давайте займёмся этим как можно быстрее, чтобы раньше закончить.