Книга СССР: вернуться в детство?, страница 34 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Оля⁈

— Галина Николаевна, — пулемётом протараторила Татьяна Геннадьевна, — мы тут познакомились с вашей дочкой. Вы нас не теряйте, мы по классам пройдёмся, покажем образцовую технику чтения.

— Хорошо, — ничего не понимая, пробормотала мама. Прозвенел звонок на урок, и она встрепенулась: — Продлёнка, заходим!

Следующие два урока «по улицам слона водили». Мы с Татьяной Геннадьевной показывали аттракцион невиданного чтения, читая всякое, куда нам тыкали учителя. Не могу сказать, что я особенно устала. С одной стороны, было немного жалко времени, а с другой — это была вроде как тестовая компания меня любимой — к той картинке, где человечек со звездой в лобешнике. Потом меня торжественно привели в продлёнку — и тут мама увидела, что́ у меня на ногах, и покраснела:

— Оля! Ты почему в ичигах⁈

— Мы с бабушкой сандали не нашли, — я посмотрела на свои ноги. — А что тебе не нравится? Тепло, удобно.

— Как из леса!

— Ничего страшного, Галина Николаевна, — утешила её завуч. — Ну что, Оля, остаёшься здесь?

— А можно мне в библиотеку? — я всё так и таскала с собой свои тетрадки. — Я ещё порисую?

В общем, просидела я в библиотеке до самого закрытия. Выхожу — а навстречу мама с моей шубой, продлёнка, оказывается, тоже до пяти. А тут — цок-цок — библиотекарша идёт. Увидела нас:

— Здравствуйте! Так вы у нас новый учитель физкультуры? — это, понятное дело, маме.

Я чёт не очень хотела слушать, что она вещать будет, вдруг опять начнёт о вреде раннего чтения — оделась быстренько и пошла вперёд. Шла, загребая снег, размышляла про ещё одну идею книжки, такая, чтоб и сюжет был, и мастерилка заодно. Была у меня в прошлой жизни подобная, но перекраивать придётся под нынешние реалии…

Мама догнала меня почти у подъезда. Немножко прошла молча.

— Ты, говорят, книжки по рисованию сегодня брала?

— Да, хорошие есть в библиотеке книжки, — согласилась я. — Я завтра ещё пойду.

Мы зашли в подъезд, и я начала прыгать через две ступеньки, что в валенках было делом довольно рискованным.

— Может, тебя в кружок по рисованию записать? — предложила мама. — В школе есть, я бы договорилась.

— Не надо, — помотала я головой, — я в кружок не хочу.

Нечему им меня учить, если уж по-честному. Но не могу же я так нахально сказать? А маме идея кружка понравилась, она всячески расхваливала открывающиеся мне лучезарные перспективы, пока мы не пришли домой, и она не зашла в нашу комнату…

ТОРОПЫЖКА Я

— Мама! Ты что это наделала⁈ — возгласила матушка, остановившись на пороге комнаты.

— А это не я, это дочь твоя! — бабушка мгновенно примчалась и начала в красках рассказывать, как снимала меня с пирамиды. Да со шкафчиком в руках!

— Оля⁈ — мама развернулась ко мне.

— Ты, главное, мои игрушки никому не отдавай. Вообще никому! Они мне потом пригодятся, — я протиснулась между ними в комнату и ткнула пальцем в пустой угол: — Мама! Мне нужен стол под печатную машинку. Пусть старый, страшный — всё равно, лишь бы крепкий и мне по росту. Этот сильно маленький, — я показала на мой детский, — а тот большой. Что-то среднее надо.

Мама вдруг сделалась как сдувшийся шарик.

— Денег нет, да? — догадалась я.

Она вздохнула:

— Подожди, зарплату получу в январе, посмотрим.

— И платье тебе новое надо, — в порыве вдохновения брякнула я. — В старых платьях замуж не выйдешь.