Онлайн книга «СССР: вернуться в детство?»
|
— За этот месяц не было ещё, — поджала она губы. — Если только за декабрь. — Прекрасно подойдёт и за декабрь! — обрадовалась я. В конце концов, что я переживаю? Ну, тараканы у тётки. Мне ж с ней детей не крестить. Осчастливили меня двумя изданиями: «ФиС» (т. е. «физкультура и спорт») и «Физическая культура в школе». Я полистала их, почесала тыковку. «ФиС» — прям сильно круто. Прям вот элита-элита, не полезем мы туда. А вот в «Физкультуру в школе» можно попытаться сунуться. У нас же как раз «из опыта работы». Я выписала адрес редакции и почапала на почту. 11. ГЕНИАЛЬНЫЙ РЕБЕНОК ПОЧТА Когда бы ни пришёл на почту — там всегда будет толпа народу. Во все времена. От открытия и до последней секунды. Если на почте никого нет — должно быть, апокалипсис близко. Вдоль длинной конторки стоят люди. Где-то-там (логически предполагаю, что в голове очереди) за конторкой скрывается почтальонша. Люди подходят, доверительно сообщают ей свои нужды и обретают желаемое. Кто покупает, кто платит, кто деньги отправляет. А кое-кто и получает, между прочим. Всё происходит негромко и небыстро. Я встала в хвост шестой по счёту. Стоим. Тяжело хлопают входные двери, словно их специально так устроили, чтобы усложнить проникновение в это царство пересылок. Очередь потихоньку прибавляется. Ждать, разглядывая крашенную голубым панельку конторки, невообразимо скучно. Передо мной стоит женщина в зелёном пальто в ёлочку, на хлястике две здоровенных изумрудно-пластмассовых пуговицы, больше смотреть не на что. Я некоторое время разглядываю свои валенки, потом замечаю край серой шинели стоящего за мной дядьки. Поднимаюсь взглядом вверх-вверх-вверх… прямо дядя Стёпа какой-то! А это и не шинель, пальто такое, военного кроя. Мужик в ондатровой ушанке улыбается и подмигивает мне сразу двумя глазами. Усы русые. — Здрассьте, — немного сконфуженно бормочу я и поспешно отворачиваюсь; всё-таки, неловко, когда тебя замечают за разглядыванием незнакомого человека. Наконец доходит моя очередь, и вот незадача — для такой мелкой карабатульки, как я, увидеть тётеньку-почтальоншу нет никаких шансов. Я отступила на пару шагов от конторки и громко отчётливо начала: — Помогите мне, пожалуйста, это очень важно. Моя мама написала статью для специального школьного журнала, и надо, чтобы эта статья обязательно попала в редакцию! Из-за верхней границы конторки, медленно, как восходящее солнце, показалось одутловатое лицо почтальонши. Бледная какая, как будто её из почтовых подземелий месяцами не выпускают… — А ей нельзя уйти с работы, — настойчиво продолжила я, — и надо, чтобы письмо отправила я, а оно очень срочное! У меня есть немножко денежек, и вот, все материалы, только надо ничего-ничего не потерять. Почтальонша выслушала мой спич с каменным лицом. — Давай-ка тебе поможем, — сказал дядька, стоящий за мной в очереди, и положил мои бумажки перед монументальной работницей почты. — Вы же видите, гражданка: дело серьёзное. Дама кивнула: — Рукописи пересылаются заказными бандеролями. — А сколько это будет стоить? — пискнула я, надеясь, что пятидесяти копеек, брякающих у меня в кармане, хватит. Почтальонша высоко подняла брови, взяла мои листы и взвесила на специальных весах. — Сорок восемь грамм. Обычная пересылка — десять копеек. Авиа — двенадцать. И конверт… |