Книга СССР: вернуться в детство?, страница 87 – Ольга Войлошникова, Владимир Войлошников

— Здрассьте! — радостно брякнула я.

— Здравствуйте, — немного удивлённо ответил дядька.

— Вы меня не помните? Вы мне статью помогали на почте отправить.

— Точно, было дело! Ну, и как — напечатали?

— А как же! Мы с мамой вообще молодцы. Мы за этот год уже раз семь напечатались.

— Надо же! А какая тематика?

— Физкультура и спорт. Мама у меня учительница физкультуры. Очень красивая, кстати. А вы женаты?

Могу-могу. Я же мелкая. Спишут на детскую наивность.

— Ищешь себе нового папу? — дядька сложил брови домиком, но такой настрой нам не очень нужен.

— Не-ет. Папа у меня есть. Шикарный папа, всем бы такого. Но у папы уже есть новая жена, прекрасная женщина, Ольга Владимировна. А у мамы пока никого нет, и это меня до крайности удручает.

Тут он засмеялся.

— Какая вы, однако, интересная барышня!

— Да и вы интеллектом не обделены, иначе я бы с вами и разговаривать не стала, — дядька удивлённо поднял брови. — А хотите, я угадаю, кем вы работаете?

Я поняла, что́ мне показалось тогда смутно знакомым. Неуловимый отпечаток, накладывающийся на всех, кто связан с этой службой. Нечто почти мистическое.

— Предположи́те, — заинтересовался он.

— Вы авиадиспетчер. Второй вариант — возможно, авиаинженер, но это менее вероятно.

— Авиадиспетчер, действительно, — он даже оглянулся, словно ожидая увидеть кого-то, кто мог бы подсказать мне правильный ответ.

— Ну, вот видите!

— А как вы узнали?

— Я просто наблюдательная. Писателю положено.

— А вы писатель?

— Точно. Нераскрытый литературный гений. Можете взять у меня автограф и в будущем выгодно его продать, — я засмеялась. — Я шучу. Просто музею пода́рите — и всё.

Теперь дядька засмеялся тоже.

— Так что на счёт брачных уз? — да-да, я помню незакрытые хвосты тем.

— Имел неудачный опыт, — серьёзно ответил он. — В прошлом.

— А дети у вас есть?

— Детей, к сожалению, нет.

— Оля! — возмущённый бабушкин голос раздался совсем близко. — Ты почему с незнакомыми людьми разговариваешь?

— Это, баб, не совсем незнакомый. Это наш сосед по микрорайону, однажды он выручил меня на почте.

— Евгений, — дядька слегка поклонился бабушке.

— А это — моя бабушка, Раиса Хасановна, — культурно представила её я. — А я — Оля. И мы будем вам крайне благодарны, если вы поможете нам извлечь из этой невнятной таблицы информацию о прибытии самолёта из Улан-Удэ.

— А вы тоже ждёте рейс из Улан-Удэ? — удивился он.

— Да. Мама прилетает с сессии.

— А я его же жду, мне должны передать посылку!

— Совпадение? Не думаю! — сказала я таинственным голосом.

— А скоро прилетит-то? — тревожно спросила бабушка. Не любит она неопределённости.

— Через двадцать восемь минут должен, — ответил Евгений.

— А вы в Юбилейном в каком доме живёте? — светски спросила бабушка.

— В двадцать пятом.

Так они начали беседовать о всяком, а я стратегически прогуливалась вокруг, хотя ждать мне уже, честно говоря, надоело. Мысли мои циркулировали вокруг вот этого Евгения. Не самый худший вариант. Человек, готовый прийти на помощь оказавшемуся в затруднительном положении ребёнку и развлекать разговором чужую бабушку… Диспетчер, опять же. Даже в самые жёсткие годы они не бедствовали. Если вдруг богатенькие капиталисты не хотели платить диспетчерам адекватные (по мнению работников) деньги, они (диспетчера) просто переставали принимать самолёты. Действовало молниеносно. Ещё бы не действовать. Иркутский аэропорт очень сложный, здесь особая квалификация нужна. Можно сказать, высший пилотаж.