Книга Одаренный, страница 140 – Forthright

— Вы жили в нашем святилище? – переспросила Кимико.

— Я считала его домом. – И снова эта серьезная улыбка, а пальцы Анны тихонько побарабанили по браслету из камней на ее запястье.

Присмотревшись, Кимико поняла, что это один из парных браслетов. Каждый прозрачный камень сиял внутренним светом, как будто внутри кристаллов был пойман звездный свет. Эта женщина была не просто наблюдателем; она не иначе как маяк. Внезапно странное описание Эвером его матери, держащей в руках звезды, обрело смысл. В глазах своего ребенка она, конечно, окутана сиянием.

— Кикусава дал мне приют, – повторила Анна. – Но я скудно отплатила за это, ибо ничего, кроме беды, не принесла.

— Я не знала. Вот мой дедушка, тот был куда лучше знаком с храмовыми записями, чем я. А я не помню ни одного упоминания о наблюдателе по имени Анна.

Женщина обменялась долгим взглядом с Элоквентом, который опустил голову.

— Эвер говорил, что ты любишь Звездный фестиваль, – сказала Анна. – После твоего визита он засыпал меня вопросами об ангелах, звездном народе и святых.

— Звездный фестиваль всегда был важным праздником для моей семьи.

— И для нашей стаи, – вмешался Элоквент и подтолкнул мачеху. – На то есть причины.

Кимико испытала своего рода облегчение, увидев, как сухая сдержанность на лице Анны сменилась нежным упреком. Теперь она выглядела не такой жесткой, более естественной. Может быть, они даже сблизятся, когда преодолеют первую неловкость.

— Возможно, тебе будет интересно узнать, что когда-то давно я звалась мисс Анной Грин.

— Понятно.

Но ей, конечно, ничего не было понятно. Английское имя бросалось в глаза, акцент Анны заметно отличался от акцента Айлы. Кимико не была уверена, означает ли это региональные различия или указывает на какую-то более раннюю эпоху.

В разговор снова вступил Элоквент:

— До того как Анна встретила папу, она носила фамилию Грин.

Он снова сделал акцент на английской фамилии, словно ожидал, что Кимико уловит какую-то связь. Но ее познания в английском языке были зачаточными, в школе она хуже всего училась по этому предмету. Все, что она помнила, – это несколько элементарных фраз, счет от одного до десяти, названия сельскохозяйственных животных, некоторых фруктов да еще цвета.

Ой.

Кимико заторопилась, путаясь и сбиваясь, показывая жестами, что она наконец поняла. Грин – зеленый. По-японски зеленый – мидори. Мидори – это грин.

Женщина просто кивнула.

А Элоквент с добродушным смешком отмел все сомнения:

— Кимико, мне очень приятно представить тебе наблюдателя Анну Стармарк, класс воинов, более известную в истории как Святая Мидори.

Как и большинство отцовских собраний, вечер протекал непринужденно, с музыкой и общением. Элоквент отметил, что была открыта вторая бочка праздничного звездного вина, и подслушал немало позорящих его детских историй, от которых краснел не переставая. Эвер носился повсюду, радуясь, что его пустили к гостям, но потом угомонился и прижался к плечу Квена.

Согласно традиции, Суузу ни на шаг не отходил от Кимико, знакомя ее с членами стаи Стармарков. А Твайншафт оставался рядом с Квеном, спокойно наблюдая за происходящим.

В конце концов кот наклонился ближе:

— Не думаю, что он найдет в себе смелость, да и времени мало. Что, если мы?..