Книга Игра в мафию, страница 29 – Ким Харим

— Это-то так. А вдруг младшая школа?

— Эй, да что вы. Из младших классов расчленитель… Быть такого не может!

— Чтобы догадаться, какого уровня школа, надо хотя бы чтобы сказали, во сколько их отпускают с уроков!

— А это не могло быть частью замысла по задаче?

— Ну, задачей-то это назвать нельзя!

— Сказали же, что здесь нет правильного ответа. Значит, это изначально вовсе никакая не задача.

— Напряжно это для всех! – Кинутая Чонсопом в ходе длительного спора реплика повисла в воздухе.

Все одновременно посмотрели на него.

— Что вы сказали? Только что? – Вразвалочку сделал шаг вперед. В этом содержалась некоторая угроза, но Чонсоп даже не шелохнулся. Противнику было за сорок. Такое не скроешь, хоть всего завесь. Даже если дело закончится дракой, отступать смысла не было.

— Говорю, что всем непонятно.

Кто-то пробормотал: «Что этот опять начинает?», но Чонсоп не обратил внимания и продолжил:

— Я ведь, кажется, только что сказал. Разве важно, можем ли мы называть это задачей? Какие там классы, старшие, средние. Важно только, чтобы мы исполняли эти действия, разве нет? То есть что бы мы ни выбрали, все сойдет. И что тут по каждому поводу заводиться?

— Только глянь, типа, один умный нашелся, а мы тут все дураки, – выпалил Грубый бас.

Вразвалочку опять вылез:

— Уважаемый, я понимаю, о чем вы. Но при всем при том мы же не можем просто выбирать что попало, да? Я считаю, что хоть по минимуму необходимо обдумать и обсудить предлагаемую нам ситуацию. Я не прошу дать дополнительную информацию, но хоть недовольство высказать можно. А вы-то, уважаемый, что заводитесь?

— Просто мне такая горячность кажется беспричинной. – Как только Чонсоп ответил, Грубый бас подошел к нему и сказал:

— Но вы, уважаемый, также без причины заводитесь. Мы заводимся по поводу ситуации, а вы на нас. И в чем тут разница?

Чонсоп задумался. Что ж, это правда. Он передернул плечами и отступил на шаг назад:

— Верно. Признаю.

— Ха! – Грубый бас хмыкнул, будто от неожиданности.

Это убедило Чонсопа в том, что этой маске двадцать с чем-то. Максимум тридцатник.

— Так или иначе времени мало, так что давайте продолжим обсуждение ситуации. У кого есть какое-то мнение? – Вразвалочку снова хочет руководить.

Внимание, которое еще пару минут назад было обращено к Чонсопу, снова перешло на предложенное задание.

— Давайте пока сведем воедино все характеристики. – Вразвалочку огляделся в поисках листочка, на котором можно что-то записать. Минчжу поспешила в сторону выхода, поскольку кое-что всплыло в памяти. Она вспомнила, что видела белую доску на колесиках.

Когда она притащила ее, все очень обрадовались.

— О! А я тоже ее видел! Для этого она там стояла? – Шалопай захлопал в ладоши.

— Организаторы, тоже мне. Почему не сказать, что есть такое? – пробормотал Вразвалочку и установил доску на самое видное место.

— Может, ее вообще не для нас приготовили, – заметил Громогласный, но Вразвалочку его проигнорировал.

— Давайте все распишем. Итак, у погибшей учительницы… – Вразвалочку писал маркером. Участники вспоминали прозвучавшие в задании пункты, и все характеристики трех названных людей оказались наглядно систематизированы.

Бесполый первым поднял руку:

— Как я погляжу, тут у всех есть особые черты характера и алиби. С другой стороны, изображение этих черт, думается, может только затруднить поимку преступника.