Книга Не свой, страница 90 – Маргарита Климова

— Я закончил, — выдохнул раскрасневшийся доктор, обняв бутылку и переставив её на подоконник за жалюзи. — Два раза в неделю ко мне на приём. И Немова заберите с собой. Со сранья мозг ебёт.

Серёга сидел на краю кровати в безразмерных трениках и в не менее объёмном худи. Рядом облокотились на стену костыли, а со стула свисала рыбацкая куртка, из рукава которой торчала вязанная шапка «петушок».

— Мою одежду пришлось срезать с меня, — развёл руками Сергей, сверкая радостью в глазах на обшарпанном лице. От улыбки покрасневшая кожа морщилась как пергамент, но Серёгу это нисколько не волновало. — Игорь поделился своей.

— Лучше бы в бинтах ушёл, — заржал Юрок, сгибаясь пополам. — В таком наряде к жене с ребёнком тебя не пустят.

— Тогда мне бы на квартиру. Переодеться. А дальше я сам, — обиделся Немов, поднимаясь и пристраивая подмышками костыли.

— Сейчас не вариант, — мотнул я головой. — У нас встреча с бывшим свёкром Ануш. Едем ко мне. Вещи приличные тебе подберём. Потом к семье отвезём.

Когда раздался звонок в домофон, мы впятером расползлись по диванам, оставив недорогому гостю единственное кресло. Серый навесил на фейс такую перекошенную гримасу, что даже мне стало страшно. Не зная его историю, вполне можно было спутать мужика с давно сиделым.

Ануш

Отца Карена я боялась всегда. Вернее, не боялась, а опасалась. Так, наверное, мягче описание в отношение бывшего свёкра. Удивляло, что у такого жестокого, властного и амбициозного человека вырос неуравновешенный слизняк.

Давид никогда не опустился бы до дешёвых борделей и истеричного поведения на людях. Он бы невозмутимо стеганул ледяным взглядом, а потом забил бы нахала набалдашником от трости. На смерть. Без свидетелей. Собственноручно.

Почему-то, глядя на лысый череп со звериным оскалом, инкрустированный рубином вместо глаз, я не сомневалась, что в трещинках металла застыла чужая кровь. Это мой отец просто нарушал закон, отмывая деньги и уходя от налогов, а Давид Макаелян в своё время не гнушался бандитскими разборками.

Откуда знаю? Каренчик по пьяни хвалился участием отца в ОПГ на костях развалившейся страны. Тогда делили всё, что имело хоть какую-то цену или подавало надежды на рост. И всё, что имеют сейчас Макаеляны, тянется из девяностых годов.

— Давид Гурамович, — на правах хозяина поприветствовал Савелий, встав и расправив плечи. Только я видела напряжение в спине и сдержанное дыхание, говорящие, как ему трудно скрывать слабость истерзанного тела. — Рад, что нашли время для нас. Надеюсь, мы придём к выгодному всем собравшимся компромиссу.

— А больше народу собрать не мог? — недовольно крякнул свёкор. — Чего футбольную команду сразу не позвал?

— Ну что вы так, — качнул головой Рогов, дожидаясь пока сядет гость и опускаясь со мной рядом. — Здесь только близкие нам люди и адвокат.

Макаелян незаинтересованно прошёлся по Юрию, Альберту и зацепился за Сергея. Судя по дрогнувшим крыльям носа Немов ввёл его в заблуждение. Скорее всего, с близким кругом Рогова Давид ознакомился, а стоящий справа мужик с покоцанной рожей и с нечёсаными бровями выходил за рамки известного уравнения.

— Брат, — сипло представился Сергей, опускаясь в кресло. Все вздрогнули от грохота упавших костылей, примостившихся за спинкой. — Троюродный. Савелия. Вышел только сегодня, — прошёл ладонью по отросшей щетине с покрасневшими пропалинами.