Книга За право мстить плачу любовью, страница 46 – Маргарита Климова

Взрывная волна от дыхания там внизу, от пальцев, вколачивающихся в естество, от рычащей вибрации, задевающей складочки. Сокращаюсь, не сдерживаю крик. Крик моего первого оргазма, подбрасывающего в невесомость, расправляющего крылья, отпускающего в полёт. Приземляюсь в его взгляд, удерживающий в нашей общей реальности.

— Помоги мне… – рычит, направляя руку к каменному члену.

Пара скольжений по стояку, и горячая сперма выстреливает на живот, грудь, шею. Заворожённо впитываю в себя его страсть, смакую последние судороги удовольствия. Могла ли я пережить такое с кем-нибудь другим? Могла ли я открыться перед другим? Могла ли я довериться кому-либо ещё, кроме Тимура? Нет. Никогда. Только Тим может вызвать такую реакцию моего тела, только он способен играть на нём мелодию страсти.

— Люблю тебя, Карина, – слышу на краю усыпающего сознания и улыбаюсь в темноту, соскальзывая в тёплую марь, кутаясь в его объятия.

Глава 27

Две недели Тим сдувал с Рины пылинки, приучая к себе, к своим рукам, к касаниям, прежде чем перейти к откровенным ласкам. Было страшно не справиться с её реакцией, не справиться со своими эмоциями, но он решился. Обычный вечер, ужин, просмотр детективного сериала, мыльно-рыльные процедуры в ванной, а потом Тимур рискнул, прикоснулся к спине, обвёл дорожку позвонков, вдохнул опьяняющий аромат.

— Доверься мне, Рина. Я не сделаю тебе больно. Достаточно сказать нет, если станет совсем невыносимо, – прошептал он, надеясь, что сможет остановиться.

Радовало, что девушка не дёрнулась, не зажалась, не закрылась от него. Она неровно дышала, подавалась спиной навстречу его рукам, тянулась за кончиками пальцев. Тим настолько осмелел, что, не задумываясь, сменил пальцы губами. Рина была такая сладкая, такая умопомрачительная, такая одуряющая. Её нежный вкус играл на языке фруктовой свежестью, мятной терпкостью и естественным возбуждением. Да. Она возбуждалась. Возбуждалась от его касаний, от его нежности.

Он охреневал от своих ощущений. Счастье, неверие, страх, желание, боль и самое главное – её полное доверие к нему. В какой-то момент что-то пошло не так, как раз, когда Тим подбирался к самому вкусному. Рина напряглась, начав выстраивать вокруг себя щиты. Казалось, Тимур слышит их металлические щелчки от соприкосновения друг с другом.

— Рин… Рина… Это я. Посмотри на меня… Это я, Рина… Я тебя не обижу… Не сделаю тебе больно… Всего лишь смотри на меня, и тебе будет хорошо… Обещаю…

Он твердил… твердил… твердил… как заведённый, гладя по спине и с силой прижимая к себе. Только не потерять контакт. Только не потерять доверие. А дальше всё было, как во сне. Она, сделавшая первый шаг, её стоны, подталкивающие к активным действиям, влажность, вызывающая наркотическую зависимость, оргазм, скручивающий пальцы, её руки, обхватившие исстрадавшийся член, освобождение, выплёскивающееся на идеальную грудь, и признание в любви, проскользнувшее по границе сознания.

Тим был уверен, что Рина позволит дойти до конца, решится на проникновение, но доверие лежало в основе всего, а лишиться его с утра не представлялось возможным. В последний момент Тимур остановился, доделал всё руками, излился на неё, оставив и ей, и себе план отхода на завтра.

Всю ночь они проспали обнявшись, не мучаясь плохими снами, не изводясь ненужными мыслями, а утром Рина начала копаться в себе. Ей однозначно понравилось, даже больше, чем понравилось. Первый откровенный поцелуй, не прячущий подлые намерения, первые чуткие ласки, не доставляющие боли, первый оргазм, возносящий на небеса, первый мужчина, дарящий рай, а не ад. Только страх быть преданной не отпускал. Он стал мизерным, не бьющим по вискам, не раздирающим сердце, но он всё равно был.