Книга Академия для наследников, страница 117 – Анастасия Ольховикова

— Будешь много знать – перестанешь ценить, – важно заявила я, перебираясь из–под бока Эвангелиона к нему на грудь. – Ты обещал рассказ, – напомнила я ему. – И я поклялась молчать, Гейл.

— Ты права – обещания надо выполнять, – покаялся некромант, приближая мое лицо, чтобы поцеловать. – Ты знаешь, что в таком положении очень трудно сохранять ясность мыслей? – намекая на то, что я начала ползать по нему, отвлекая от разговора, будничным тоном, за которым так и сквозила добрая насмешка, сообщил Эвангелион.

Краска стыда залила лицо. Как же хорошо, что Гейл не мог видеть моей реакции! Чтобы скрыть смущение, я строго произнесла:

— Не отвлекайся. Обещания вперед.

Он понял смысл моих слов, тихонько засмеявшись, и смирился с неизбежностью:

— До пятнадцати лет, несмотря на то, что моя мама является человеком, я жил на территориях темных демонов. Отец с братом обучали меня, пока я не вступил в полную силу, чтобы потом я мог прочувствовать свои возможности – и вовремя остановил их желание вырваться из–под контроля. Брат рассказывал, что в пятнадцать чуть было не обратил прахом целый город, за что был наказан повелителем и до двадцати лет был у него в услужении.

— Это так плохо? – удивилась я. – Его же избрал сам повелитель!

— Чистить конюшни, убирать подвалы, следить за тем, чтобы из погребов не пропадало вино? Поверь, милая, для гордого демона это не самое привычное занятие, – вспоминая прошлое, хмыкнул Эвангелион.

— У вас настолько жесткий правитель? – ахнула я, и этим тут же воспользовались, чтобы, сменив положение, подмять меня под себя. Как же сложно оказалось сохранять спокойное расположение духа, когда рука Эвангелиона очерчивала контуры моего тела!

— Жесткий – но справедливый, – не стал спорить некромант. – Вот почему, когда стало ясно, что мою силу не сможет контролировать никто, меня и отправили в туманную страну.

— Туманная страна? – переспросила я. – Это что еще такое?

— Тайна, которую ты поклялась никому не рассказывать, – и Гейл от души поцеловал меня.

Но меня уже было не сбить с избранного пути:

— Договаривай, Гейл!

— Об этом известно лишь демонам и тем, кто является носителем достаточной доли их крови, – Гейл согнул руку в локте и перенес на нее центр тяжести, упираясь в постель. – Но дикие земли не являются концом мира, птичка. За ними находится океан забвения, а уже потом – туманная страна.

— Ты пугаешь меня, Гейл…что ты там делал? – спросила я, затаив дыхание.

— Так получилось, что брат, пусть и родился похожим на папу, силу его перенял не в полной мере. Меня считают более близким к человеческому облику, в моей внешности мамины корни – и неконтролируемая отцовская сила. Достигни я ее пика на диких землях – от темных демонов не осталось бы ничего.

— А ваш повелитель? – закономерно поинтересовалась я. – Разве он ничего не мог предпринять?

— У нас нет такого правила, по которому, чем сильнее демон, тем ближе он к вершине власти, Морин, – вздохнул Эвангелион. – Я знал одного башмачника, который ради будущей жены испепелил целое озеро, когда ее туда затащил водник. Как видишь, не только маги этой стихии вероломны, но и представители снаружи щита тоже. Вот почему правитель не обязан быть сильнейшим демоном. Его выбирают за благоразумие и способность управлять своим народом так, чтобы все оставались довольны. Нынешний правитель – именно такой.