Книга Мастер и чудовище, страница 11 – Марина Адлер

Пока Мивар с упоением сжимал мою ладонь свободной рукой, поглаживая пальцы сквозь тонкую перчатку, постаралась отвлечься, чтобы не выдернуть руку из-под его руки и не броситься наутек. Игра в прилипалу должна была сработать. С другими всегда срабатывала. Но странным образом, на Мивара эта игра действовала благотворно.

«Вот черт… — прозвучала догадка в голове, пока рассматривала точеный профиль парня, шагая по ступеням, — Что если этого и добивался Де Вер? Что если он только рад? Нет. Такого не могло произойти». Мивар тут же почувствовал столь явные опасения и посмотрел на меня, с удовлетворением замечая то, как пялюсь. Оборотни имели гораздо более чуткие органы чувств, но именно сейчас я поняла, что мои представления о том, насколько чувствителен Мивар, весьма скудны, чтобы представлять, как он опасен.

— О! Дорогая! — бросилась к нам первая миссис Лочестер, за что мысленно поблагодарила ее. Идрис остановился и не собирался отпускать меня, заготавливая очередную пытку, услаждающую его непомерное эго. — Как вы добрались?

Отец тоже уловил нехорошее напряжение, исходящее от господина Де Вера и быстро перенял меня из рук волка. Папа уважал семью Миваров и даже поощрял попытки Идриса ухаживать за мной. Но иногда, как сейчас, я замечала в глазах мистера Лочестера неподдельное опасение и страх за родную дочь. Ведь мы, по мнению отца, были лишь людьми, чья кровь была чистой от любой магии. А звериная натура оборотней предполагала некоторую врожденную жестокость. Особенно разрушающая природа Миваров полнилась резкостью. Идрис Де Вер, ровно, как и его отец Бенжамин Де Вер были единственными оборотнями-Миварами в нашем городе и возглавляли дозорную группу, что обеспечивала полный порядок в Руане. Мать Идриса была человеком и пользовалась лишь благами своих влиятельных сына и мужа. Бенжамин Де Вер, в силу возраста, проявлял мудрость, защищая горожан. Но Идрис… Он хорошо понимал какая власть в его руках. И не собирался скромничать, используя положение своей семьи в полной мере. Де Веры были властью в нашем городе, которую зачастую даже мэр не мог оспорить, а мужчина, что сейчас столь голодно осматривал меня, вызывая дрожь во всем теле, являлся единственным приемником власти своего отца-Мивара.

— Доставил вашу дочь в целости и сохранности, мистер и миссис Лочестер, — слегка кивнул Идрис, приветствуя моих родных. — Прошу прощения, далее вверяю Элизабет вам и присоединюсь уже внутри, когда переоденусь к празднику.

Мама широко улыбнулась, замечая то, что и я отметила ранее. Идрис настолько спешил меня встретить, что не подготовился к вечернему балу. Он мог подождать меня у входа при параде, или вовсе встретиться в бальном зале. Но нет. Мивар желал моих эмоций: страха и трепета. И он их получил.

Я с облегчением выдохнула, стягивая с лица заодно и глупую улыбку.

— Дорогая, не переигрывай, — шепнул мне на ухо отец, когда увлек нас с матерью в открытый лакеем парадный вход.

Я хотела было ответить колко, но глаза буквально ужалило роскошью внутреннего убранства помещения, отвлекая. Пол обширного холла из темного мрамора блестел, отражая огни трех хрустальных люстр. Две винтовые лестницы передо мной манили резьбой и красотой еловых плетений вокруг перил. Пахло деревом, корицей и помпезностью, которая пробиралась сквозь кожу давящим чувством собственной недостаточности.