Книга Мастер и чудовище, страница 36 – Марина Адлер

Дом, выделенный мне на время пребывания в Руане, встретил запустением, прохладой и полным отсутствием слуг. Здесь наведут порядок утром. Но слуги не помешают. Собирался прятать свою добычу в подвалах, которые были оборудованы под небольшую тюрьму с камерами и решетками, напитанными силами магов. С магическими барьерами и ключами, которые зачарованы определенным образом, чтобы их мог открыть лишь я и тот, кто поставил барьеры. Об этом мэр позаботился еще до моего приезда. Кроме того, о секретах этого особняка знали только мы с ним и маг, которому глава города доверил тайны нашего маленького заговора ради поимки зверя. Ради наказания всех, кто причастен к сокрытию чудовища. Ради того, чтобы навсегда искоренить неверное, извращенное подобие оборотней.

Словно опасаясь самого себя, вновь опустил глаза к девушке в моих руках. «Прекрасное создание в ореоле серебристых блестящих волос, которые пленили взгляд сильнее настоящего золота… Как угораздило именно ей оказаться той, кого разыскивал?»

Сморгнув сожаление словно то могло в любой момент взять надо мной верх, толкнул ногой неприметную дверь за лестницей и ступил на первую каменную ступень спуска, что вел в ад. Обитель пыток. Их буду совершать отныне не над мужчинами, потерявшими совесть из-за властвующего над ними голода, а над девушкой, которая слишком уж въелась в память и затронула с самого первого взгляда самые нежные струны где-то внутри.

Старые механизмы ламп пришли в движение, как только тронул стену и заставил магию зародить тусклый желтый свет в этом гиблом месте. Элизабет немного дернулась в моих руках и напряглась всем телом. Пришла в сознание. Это понял сразу, но не смел опустить взгляд к ее лицу. Просто ускорил шаг, чтобы поскорее отнести ее в камеру. Она не сопротивлялась. Совсем. Лишь сердце ее вновь стало бешено колотиться, а частое дыхание защекотало мой подбородок.

Опустить глаза к ее лицу захотелось еще нещаднее…

Но эту тягу переборол. Подготовленная еще раньше самого дома тюрьма, ожидала. Я внес девушку в камеру и бросил как охапку дров без капли обходительности. Покривился, отворачиваясь, когда та грузно ударилась о твердый пол и застонала. Наверняка не все ее кости еще срослись. Но я быстро покинул камеру, со скрипом металла закрыл решетку и приложил руку к замку. Несколько щелчков, и все десять замков поддались моей магии, запирая зверя основательно. Всхлипы, вдруг раздавшиеся из угла темницы, почти не тронули моего сердца. Оно почти не сжималось от яростной боли, когда возвращаясь наверх, погасил свет, погружая тюрьму в кромешную темноту. Но я почти застонал от сокрушающего чувства вины, когда запер дверь и уперся ладонями в колени.

Прошел в гостиную и достал из серванта бутылку абсента. Плеснул зеленой жидкости в хрустальный стакан и выпил все залпом. Горло обожгло, но вскоре ком, образовавшийся там, словно провалился в желудок и погас. Я и сам не мог поверить в то, как быстро и сильно запала в голову эта злюка. Наверняка я бы потерял от нее голову позже, если бы Элизабет не оказалась Бист Вилахом. Чудовищем, которое мне предстоит убить.

Приняв ванну, прошел в спальню и постарался уснуть. Выходило это скверно, как и всегда, впрочем, но ближе к утру сон настиг. Тяжелый, беспокойный. В нем меня неустанно преследовали льдисто-голубые глаза незнакомки. Тихие всхлипы и холод, которые овладели ей. Стоны терзали душу. Но вокруг была непроглядная тьма. Я все никак не мог ее найти, чтобы помочь. Вся моя суть рвалась защитить ее, но я не мог. Не мог найти к ней путь.