Книга Когда любовь становится игрой, страница 60 – Иветта Армер

Едва переступив порог университета, я нос к носу столкнулась с Леной. Казалось, прошла целая вечность. По ее лукавому прищуру я поняла — до кабинета сегодня не добраться: подруга жаждала узнать все подробности, словно жадный путник, истосковавшийся по живительной влаге. Но выворачивать душу наизнанку, делиться болью и страхом, не было ни малейшего желания. Ограничусь дежурным рассказом о поездке к подруге и внезапно свалившейся простуде, сотку ложь, как паутину, стараясь уберечься от неминуемого.

— Зойка, привет, ты где пропадала? Почему не звонила? Как здоровье? — обрушила на меня Лена целый водопад вопросов, словно прорвало плотину.

— Лена, привет, все хорошо, извини, несколько дней провалялась в постели, температуру никак не могла сбить, — ответила я, чувствуя, как слова звучат фальшиво.

«Ой, не могу, температуру она сбить не могла, ну и врушка», — ядовито прошипел внутренний голос, словно потревоженная гадюка, выползшая из нагретого солнцем камня.

— Пойдем в кафе, поболтаем немного, — предложила Лена.

— Идем.

В кафе Лена, как обычно, без умолку щебетала об университетских новостях, о своем новом поклоннике, а я лишь машинально кивала в ответ, чувствуя себя словно посторонним зрителем в чужом спектакле, невольным наблюдателем, затерявшимся в декорациях чужой жизни.

Внезапно она замолчала, пристально посмотрела на меня, словно рентгеном просвечивая насквозь, и спросила:

— Зой, а что у тебя с лицом? Синяк какой-то. Не похоже на аллергию.

Внутри все похолодело. Ледяной ужас сковал сердце железными цепями. Я попыталась улыбнуться и отшутиться, словно фокусник, вытаскивающий кролика из шляпы:

— Да так, неудачно навернулась дома. Дверца коварная попалась.

Лена недоверчиво прищурилась, но, к счастью, не стала настаивать. Сменила тему, вернувшись к обсуждению профессорских сплетен и предстоящей конференции. Я с облегчением выдохнула, словно с плеч свалился неподъемный груз, давивший невыносимо.

Спустя какое-то время, когда я смогла остановить словесный поток Лены, словно бурную реку, мы отправились в универ, где я смогла привести в порядок документы, назначить время пересдачи неуспевающим студентам.

— Зоя, выходи, я приехал, — пришло смс от Артура, словно долгожданный сигнал SOS.

— Иду.

Выйдя из университета, я увидела машину Артура. Он сидел за рулем, сосредоточенно глядя вдаль, словно высматривая что-то в зыбком тумане. Я села в машину, стараясь скрыть дрожь в руках, словно провинившийся ребенок, боящийся неминуемого наказания. Он бросил на меня быстрый взгляд, словно сканируя мое состояние, и молча тронулся с места.

Всю дорогу до дома мы ехали в тишине, нарушаемой лишь тихим гулом мотора, словно биением сердца огромного, притаившегося зверя. Я смотрела в окно, наблюдая, как мелькают за стеклом серые городские пейзажи. Каждый дом, каждое дерево казались мне зловещими предвестниками грядущей беды, словно мрачные тени, скользящие по стенам старинного замка, где за каждым углом подстерегает опасность. В голове, словно заевшая пластинка, крутились обрывки событий, слова Армена, взгляд Лены, ее вопрос про синяк, — хоровод навязчивых, пугающих мыслей.

Дома меня ждал горячий чай и молчаливое сочувствие Артура, словно тихая гавань после беспощадного шторма. Он усадил меня в кресло, накрыл ноги теплым пледом и просто сел рядом, не задавая лишних вопросов, не требуя объяснений. И в этом молчании, в этом простом человеческом участии было больше утешения, чем в тысяче слов, словно теплый луч солнца, пробивающийся сквозь густые, свинцовые тучи. Я закрыла глаза, пытаясь унять внутреннюю дрожь, почувствовать себя в безопасности, хотя бы на мгновение, словно израненная птица, укрывшаяся от непогоды в спасительном гнезде.