Книга После развода. Дойти до края, страница 20 – Марина Безрукова

Понятно, почему Катя так тянется ко мне. Юлька как кислый лимон. Скучная. И считает, что все должны жить по ее правилам.

Нет уж, дорогуша, - усмехнулась я, усаживаясь за руль, - теперь ты вышла из игры.

Потянулась, чтобы положить сумку на сиденье, показалось, что от меня пахнуло мандарином. Я поморщилась – Юлькин запах. Я им провоняла, пока она прижималась к моему плечу.

Странно. Она ведь даже не плакала. Я думала, она убиваться будет, выть, а она, как каменная. Хотя стресс действует на всех по-разному. А может, это гормоны. У нее же теперь всё нарушено. Вот я, например, от гормонов сентиментальная стала.

Юлька так жалостливо сегодня рассказывала свою историю, что у меня защипало в носу, и я заревела. Как будто индийский фильм посмотрела.

Так и сидели рядом. Черствая, как сухарь жена и ревущая любовница.

Любовница – противное слово. Я любимая. И скоро стану законной супругой.

Никто не виноват, что так случилось. Все вопросы Юля должна задавать своему мужу. Или себе. Давно доказано, что если мужчина чувствует себя в семье нужным, если его питают любовью, налево он не пойдет. Мужчины слишком ленивы, чтобы менять свой ареал обитания.

Рома оказался легкой добычей.

Больше полутора лет я смотрела, как Юля потребительски пользуется мужчиной. Ведет себя так, будто ей по праву положено быть с ним рядом. Так, словно не разведенка с прицепом ему досталась, а королева в изгнании.

Огромная квартира, работа, не бей лежачего, успешный муж, который превратился в пустое место. Ведь на пьедестале была только Юля со своими проблемами. Все остальные – это обслуга.

Даже я. Отвези, привези, забери, дождь ли, снег ли, устала или нет. Ну да, правильно. Я же сильная. Я энергичная. Я могу девчонкам выбить хороший спортзал для тренировок или раздевалку.

А у Юли лапки. Она только на такси иногда девочек возила, потому что, видите ли, за руль боится. Ругаться она не умеет. Решить, что подарить тренеру, тоже не в состоянии. Договориться о конверте для судей – боже упаси! Конечно, она же из других кругов. Она преподаватель. Высшая каста.

Это мне всё по плечу. Я ведь всего лишь хозяйка небольшого магазина косметики. Высшего образования не получила. Потому что университеты мне преподавала жизнь. Не было у меня возможности учиться. Надо было устраиваться, дочь растить.

Я и устраивалась. Крутилась, вертелась, строила по кирпичику. Юлька может спокойно на попе сидеть. У нее два раза в месяц зарплата капнет. Даже если она делать ничего не будет. Интересно, она когда-нибудь думала, сколько лет она бы зарабатывала на свою огромную квартиру, если бы не Ромка? А я только-только с ипотекой рассчиталась. Десять лет, как с куста! Банк не сильно интересовало, где я возьму деньги на очередной платеж.

У Юльки тыл был всегда прикрыт, поэтому и беспокоиться не о чем. Только о себе. Муж всем обеспечит, подруга о Кате позаботиться, а ей можно носиться со своей болячкой, как курица с яйцом. Как будто она единственная такая. Тысячи женщин болеют, лечатся, никто себя мученицей великой не выставляет.

Раздражение, кипящее внутри, давно перешло грани допустимого. Я повернула ключ зажигания и поехала домой.

— Любимая, - раздался голос в гарнитуре. – Ты где?

— Домой еду, - взглянув в зеркала, я перестроилась в правый ряд.