Книга После развода. Дойти до края, страница 74 – Марина Безрукова

— Это не чужой дом. Это дом моего любимого мужчины. И кстати, ты манатки-то свои когда из той комнаты заберешь, - она стрельнула глазами в стену. – Скоро вернутся девочки. Мне нужно вещи Леры перевезти.

— А вот это ты видела? – я сложила перед Танькиным лицом аккуратный кукиш.

Она поморщилась и отвернулась. Поглаживая поясницу, продолжила:

— Вот вроде бы ты интеллигентная женщина… а ведешь себя, как… колхоз. Колхозница!

— С волками жить, по-волчьи выть,- парировала я.

— Ну, всё, всё, идем, Тань, - снова влез Рома.

Я смерила его уничижительным взглядом: фу, глазки бегают, мельтешит, как подросток перед учительницей. Эх, Рома, Рома до чего ты докатился... Но, наверное, тебе это нравится.

Роману наконец удалось вытащить Татьяну из комнаты. Телефон подал голос, сообщая о новом уведомлении. Я открыла Авито и улыбнулась. Покупатель подтвердил, что приедет к 16 часам. Он готов был примчаться уже утром. Где еще за столь небольшие деньги удастся купить две кровати сразу? Я не жадничала, важнее провернуть это дельце побыстрее.

Придут молодые вечером в свой будуар, а кровать тю-тю. И у Женьки тоже. Всё равно пришлось бы продавать вместе с квартирой. Главное, успеть до вечера.

Оккупанты раньше семи не появятся. Трехжиленная Танька работает весь день и без Ромы в квартиру не суется. Честно говоря, я ожидала от нее куда больше агрессии в свою сторону. Уж не знаю, что ей мешает, но мелкие гадости, которые она сыплет, меня мало задевают. Всё-таки на чужой территории особо не разгуляться.

План А у них был – увидев в квартире сладкую парочку Твикс, «графиня Юля с изменившимся лицом бежит к пруду». На Предпортовую. А вот с планом В никто не заморочился. Недооценили они меня, и эта мысль грела мне душу.

Глава 38

Юлия

— Где кровать?!

От Ромки воняло чесноком и, кажется, жареным чебуреком. Таня особо разносолов не готовила, поэтому герою-любовнику приходилось питаться на ходу. Рубашка мятая и явно несвежая. А раньше он мог и две рубашки в день поменять. И всегда они были ручками Юлии Викторовны отутюжены. Что мешает Таньке разложить гладильную доску, я не ведала. Вон она, стоит смирнехонько в кладовке. Гладь – не хочу.

— Я ее продала, - спокойно ответила я. – Две по цене одной.

Ромка треснул кулаком в стену и побежал к Жене. Наверное, не поверил. Я невозмутимо продолжила нарезать дольками яблоки. Мою фирменную шарлотку Гусевы очень любили, и мне не составило никакого труда заманить их сегодня на чай. Алёнка всегда была любопытна, как кошка, а я наобещала ей такую новость сообщить, такую… Но интригу сохранила, и вот, пожалуйста, через сорок минут наши друзья будут на пороге.

С участковым Рома разминулся. Не знаю, специально ли или просто так вышло, но меня это сильно не тревожило. Молодой долговязый паренек с торчащими, как у Чебурашки ушами, нахмурился и пообещал вызвать нарушителя для дачи показаний в участок.

Я с легким сердцем продиктовала Ромкин телефон, личный и рабочий и невинно улыбнулась:

— Вы знаете, он часто во время работы телефон отключает, но вы всегда можете дозвониться напрямую непосредственно его начальнику. Так даже удобнее будет.

Когда он уже уходил, я вздохнула и, прихватывая у шеи воротник кофты, горестно прошептала:

— Я очень надеюсь, Юрий Александрович, что вы мне поможете. Больше мне не к кому обратиться. А до суда еще так много времени.