Книга Развод. Раскрашу жизнь заново, страница 101 – Марина Безрукова

Его бывшая женушка слишком много на себя берет. Она как будто всё время на полшага впереди. Он думал, что размажет ее одним движением, оглушит, как глупую рыбешку, но она выпустила ядовитые иголки.

Больше всего бесило, что Полина выворачивается из любой ситуации. Отводит от себя неприятности, будто очерчена заговоренным кругом.

Может, и правда, ей помогают потусторонние силы? Сходила к какой-нибудь колдунье. Вон их сколько развелось.

Скрипнул зубами, вспомнив, как Полина в последнем интервью появилась в кадре с каким-то хлыщом. По мужикам пошла. Ясно. Только дурочка никак не может сообразить, что ни одному нормальному мужику она и нафиг не сдалась.

Прилип какой-то неудачник, чье будущее это «Колокольчик». А она и рада. За ручку его берет, лыбится, как придурошная. О выставке новой лялякает.

Будет тебе выставка, тварь… Еще какая! Огонь, а не выставка.

Телефон доверчиво лег в ладонь. Длинные гудки потекли к абоненту. Жорик его должник. Раньше он работал в их службе безопасности. Если бы год назад, когда его застукали за сливом информации конкурентам, Олег за него не вступился, Жорика бы посадили. А так, отделался легким испугом и увольнением.

Пришла пора платить по счетам.

Глава 50

Полина

Я устало откинулась на спинку мягкого кресла. Суматоха дня осталась позади. Хотя дел еще очень и очень много.

Открытие выставки через пять дней. Большая часть картин уже находится на месте. Инсталляции я заказала у мастера, который знаком мне по «Агаве». Они не сложные и их немного, поэтому управится быстро. В Москве я пробуду два дня. Хотела меньше, встретиться с Ревазом и уехать, но Леон уговорил побыть еще денек. Соблазнил Третьяковской галереей, по которой я ужасно соскучилась. А еще хотелось побывать в центре современного искусства.

Когда поезд тронулся, я виновато улыбнулась и полезла за ноутбуком. Пока есть время, хотела доделать кое-какие документы. Леон перехватил мои руки.

— Давай, ты немного отдохнешь?

Голос его звучал мягко, но настойчиво. Я растерялась. Этим простым предложением он опять поставил меня в тупик. Отдохнуть… И это за несколько дней до открытия?! Когда у меня еще ничего не готово?! Я просто тонула в море недоделанных дел.

Леон поставил передо мной бумажный пакет с логотипом известной пекарни. На вокзале он отлучался куда-то минут на пять. Получается, бегал в магазинчик.

— Вот тут облепиховый чай, - сказал он, вынимая большой стаканчик с крышкой. – Здесь – булочки бриошь с цукатами и круассаны, простой и с абрикосовой начинкой.

На столе появилась прозрачная коробочка. Стенки ее запотели. Запах вырывался даже сквозь закрытую крышку.

— А это, - Леон открыл свой ноутбук, поменьше, – прекрасная французская комедия. Ты говорила, она тебе нравится. Мне тоже. Я с удовольствием посмотрю ее еще разок с тобой.

Я молчала, ошеломленная его заботой. Передвинула коробку с булочками, зачем-то потрогала стакан. Всё это было так… не к месту, и одновременно идеально подходило для отдыха. Хотя бы небольшого.

Леон, как будто читая мои мысли, протянул стаканчик с чаем. Аромат облепихи напомнил об осени, которая осталась за бортом, и теперь отчаянно и сердито стучалась дождем в стекла.

Я сделала глоток. Теплый, насыщенный вкус мгновенно расслабил напряженные мышцы, мысли перестали напоминать растревоженный рой диких пчел. Я легко поймала за кончик одну главную мысль, которая так долго не давала мне покоя. Я могу немного отдохнуть. Я могу себе это позволить. Ведь я устала. А дела никуда не денутся, пусть на эти четыре часа они тоже окажутся за бортом.