Книга Отпустить 10-го, страница 138 – Хлоя Уолш

Лучшие на свете друзья.

Здоровая мама.

Довольный отец.

Нормальная психика.

Уравновешенность.

И никакого желания умереть.

Идеальный мирок дал трещину сегодня утром, когда Шинейд разбудила меня раньше остальных, отвела на кухню и сообщила, что на вчерашней вечеринке у мамы случился удар.

Оцепенев, я слушала, как женщина, ставшая мне второй матерью, рассказывает про сердечный приступ у моей настоящей мамы.

Шинейд заверила, что мама отлично держится, однако в больнице сделали снимки, и на одном обнаружилось затемнение.

Я прекрасно знала, о чем говорит затемнение.

Он вернулся.

— Милая, не думай о плохом, — утешала Шинейд, выслушав мои опасения. — Наверняка ничего не известно, результаты биопсии еще не пришли.

— Но врачи подозревают рецидив, — возразила я, утирая рукавом пижамы слезы. — Иначе они не стали бы брать биопсию.

— Ясности еще нет, Лиззи. — Мама Хью сочувственно накрыла мою ладонь своей.

— Рецидив ее убьет, — шепнула я, стиснув руку Шинейд. — Рак не успокоится, пока не убьет маму.

— Твоя мама — самая сильная женщина из всех, кого мне доводилось встречать. — Шинейд говорила с такой убежденностью, что я почти верила. Почти. — Если — а здесь очень большое «если» — рак действительно вернулся, твоя мама его победит. — Свободной рукой она смахнула слезинку с моей щеки. — А я сделаю все, чтобы помочь тебе пережить этот период.

— Мне? — выдавила я, прильнув щекой к ее ладони. — Почему?

— Потому что я люблю тебя, родная, — ласково улыбнулась Шинейд. — Вся наша семья тебя обожает, Лиззи Янг, одна ты в беде не останешься. — Она смахнула новую слезинку. — По крайней мере, пока в городе есть кто-то из Биггсов.

— Хорошо. — Страх окутал меня свинцовым облаком. Я всхлипнула и спросила: — Можно мне пойти поговорить с Хью?

— Ну конечно. — Шинейд стиснула меня в объятиях, поцеловала в макушку и одарила дрожащей улыбкой. — Ступай наверх к моему сыну, милая.

На подгибающихся ногах я бросилась к лестнице и только чудом не упала, взбираясь по ступенькам. Дыхание перехватило. Конечности не повиновались. Мир перед глазами плыл. Все снова рушилось.

Зажав рот ладонью, чтобы сдержать рвущиеся наружу крики, я ворвалась к Хью. Споткнулась о Патрика, храпевшего на полу, и на четвереньках доползла до кровати.

— Лиз? — хриплым спросонья голосом окликнул Хью. — Что стряслось?

Заметив выражение моего лица, он резко сел и потянулся ко мне.

— Лиз, что случилось?

— Хью! — Силы меня покинули, и я рухнула в его объятия.

Потому что его объятия — последнее, что у меня осталось.

На подъезде к Олд-Холл-хаусу первой в глаза мне бросилась машина, которой там было совершенно нечего делать.

Судя по тому, как Лиззи стиснула мою ладонь, ее одолевали те же мысли.

Какого черта он здесь забыл?

Марка Аллена не пускали на порог с прошлого лета, когда Майк узнал, что мерзавец заделал ребенка его несовершеннолетней дочери и повез ее на аборт в Англию. Мало того, по мнению Янга-старшего, именно из-за Марка Кива завалила выпускные экзамены.

О том, что сестра Лиззи залетела из-за этого кретина, я узнал из первых уст, хотя вовсе не собирался подслушивать. Просто во время очередной ночевки спустился за водой на кухню, где Кэтрин с Майком вовсю обсуждали эту тему. В подробностях. Я на цыпочках вернулся в комнату Лиззи, улегся на свою импровизированную постель и ни одной живой душе не обмолвился о том, что слышал.