Книга Отпустить 10-го, страница 169 – Хлоя Уолш

Мне оставалось только цепляться за то, что уцелело.

Цепляться изо всех сил и молиться, чтобы не потерять ее окончательно.

Поудобнее устроив спящую девушку у себя на коленях, я откинулся на гору подушек и попытался унять бешено скачущий пульс. Моя школьная рубашка намокла от слез, но я не шевелился. Даже во сне Лиз оплакивала свою утрату, и это, черт возьми, разбивало сердце.

Прильнув щекой к моей груди, Лиз цеплялась за меня, как за ту самую соломинку, — и не зря.

Меня вызванивали всякий раз, когда Лиззи уходила в астрал. Похоже, мне единственному хватало смелости залезть к ней в голову и привести в чувство.

Впрочем, ее отец не утруждал себя вовсе. После похорон старшей дочери Майк полностью отстранился от происходящего, а у Кэтрин не было сил даже встать с кровати. Клэр напоминала щенка спаниеля — игривого, ласкового, но в данном случае совершенно бестолкового, а Гибси заклеймили врагом.

Патрик понятия не имел, чем помочь, моя мама знала, но не могла из-за разлада.

Оставался я.

— Хью? — невнятно забормотала Лиз. — Хью?

— Да, — ласково откликнулся я. — Я здесь.

— А я?

— Мы оба здесь.

— Я не сплю?

— Нет, Лиз, мы оба не спим, — шепнул я, неприлично нежно гладя ее по щеке. — Ты у себя в комнате, бодрствуешь.

— С тобой?

— Со мной. — Я взял ее за руку. — Чувствуешь меня?

— Чувствую. — Ее дыхание сбилось.

— А слышишь?

— Слышу.

— Умница, — похвалил я, наклоняясь и целуя ее в макушку. — Люблю тебя. Сильно-сильно.

— Что бы ни случилось? — выдавила Лиз, намертво вцепившись в мою рубашку.

— Да. — Сердце лихорадочно заколотилось, и я снова коснулся губами ее макушки. — Что бы ни случилось.

— Кива? — зашептала я в темноте, уверенная: сестра слышит даже в противоположном конце комнаты. — Мы здесь умрем?

Кива ответила не сразу и каким-то чужим голосом:

— Нет, Лиз. — Она едва ворочала языком и неестественно растягивала слова. — Тебе я умереть не позволю.

Всхлипнув, я обхватила колени руками и принялась раскачиваться взад-вперед.

— А как же ты?

Молчание.

Мной овладела паника.

— Ненавижу твою комнату! — выплюнула я, уткнувшись лбом в колени. — Не хочу здесь больше находиться.

— Я тоже. — Голос сестры дрогнул. — Хочу к папе.

— А я нет. — Меня колотило от холода. — Хочу к Хью...

После похорон полиция со скрипом завела дело и закрыла его сразу, как пришли результаты вскрытия. В графе «причина смерти» стояло «самоубийство».

Все приняли его сторону.

История Марка внушала доверие, а моя нет.

Потому что он нормальный, а я нет.

И потому что Джерард Гибсон отказался мне помочь.

Я многого не понимала в жизни и часто не могла отличить реальность от сновидений, зато одно знала наверняка.

Что бы я ни делала, что бы ни говорила о событиях той ночи, никто не примет мою сторону.

Никто мне не поверит.

Такого никогда не было и не будет.

Так зачем стараться?

Зачем переживать?

Зачем дышать?

— Можно мне спокойно сдохнуть?! — Лиззи с воплем швырнула фарфоровую свинью-копилку об стену. — Не хочу жить, не хочу!

Копилка разбилась, монетки и банкноты брызнули в разные стороны.

— Никто меня не понимает!

Остальные, может, и нет, зато я прекрасно понял, что она задумала и для чего шарит по полу.