Книга Отпустить 10-го, страница 214 – Хлоя Уолш

— Черт, — недовольно фыркнула Лиз. — До него еще так долго.

— Всего полтора года. — Я накрыл ладонями ее бедра и в попытке успокоить погладил большими пальцами обнаженную кожу. — Каких-то полтора года.

— Для тебя «каких-то», а для меня — целая вечность. — Лиз с горестным вздохом навалилась на меня. — Ты не представляешь, как мне тяжело, Хью. Ты смеешься, подшучиваешь надо мной, а мне действительно больно. В буквальном смысле больно, потому что желание просто дикое. Это как зуд, когда чешется, а нельзя почесать. И он не утихает ни на секунду. Я стараюсь изо всех сил... но тебе все равно, а мне... ладно, проехали.

— Лиз. — Я тяжело вздохнул и обнял ее за талию. — Ты прекрасно знаешь, что мне не все равно. — Я погладил ее по щеке. — Я очень тебя хочу, хочу безумно, думать ни о чем другом не могу. — Следующее признание далось мне нелегко, однако я собрался с духом и выпалил: — За последние пару лет, кажется, ни одной ночи не было, чтобы я не кончил, представляя, как вхожу в тебя!

— Правда? — Лиз подскочила; глаза радостно вспыхнули. — Ты меня не обманываешь?

Нет, я не обманывал.

Напротив, был совершенно искренен.

Мучительно, до неприличия искренен.

Преодолевая смущение и стыд.

— Только посмотри на себя.

На свою беду, я внял собственному совету. Стоило взглянуть на Лиз, оседлавшую меня в полупрозрачном белом лифчике и трусиках, как с губ сорвался страдальческий стон.

— Господи Исусе, ты нереально красивая, даже смотреть больно. Другие девушки тебе в подметки не годятся. И это не преувеличение, потому что я не могу оторвать от тебя глаз с тех пор, как впервые увидел в автобусе.

— Ты правда так думаешь? — У нее перехватило дыхание.

— Да, Лиз, правда. — Голос у меня осип. — Причем с первого же дня.

— Это всего лишь оболочка, — шепнула она, обводя жестом свое тело. — Красивая картинка, Хью. — Лиз шумно вздохнула и опустила взгляд. — Поверь, внутри я совсем другая.

— В тебе нет ни капли уродства, Лиз. — Не дождавшись ответа, я сел и взял ее лицо в ладони. — Эй... эй, посмотри на меня. Внутри тебя нет ничего уродливого.

— Ты не можешь знать наверняка. — Она отрешенно зажмурилась. — Не можешь знать, какие мысли меня одолевают.

— Мне и не нужно их знать. — Я убрал волосы с ее лица и привлек ближе. — Потому что я знаю тебя — настоящую.

— Дело не только в мыслях, — страдальческим шепотом откликнулась она. — Есть еще срывы, провалы, нездоровые стремления.

Мое сердце разлетелось на осколки, ведь Лиз говорила о том, чего мы боялись больше всего. Мы провели чудесное лето. Месяцы уравновешенности и покоя. Однако мы оба понимали, что беда может настигнуть в любой момент.

— Если ты вдруг сорвешься, я вытащу тебя из любой ямы. — Я погладил ее по щеке и потерся носом о ее нос. — Если потеряешься во времени, помогу сориентироваться. — Не в силах совладать с собой, я подался вперед и поцеловал ее в губы. — А если потянет к чему-то нездоровому, уберегу.

— Не хочу нового срыва, — выдавила Лиз, мертвой хваткой вцепившись в мою футболку. — Мне так страшно.

У меня язык не повернулся сказать «не бойся, никакого срыва не случится», поскольку мы оба понимали, что это ложь. Я мог лишь пообещать, что всегда буду рядом и сумею подстраховать.

— Я тебя не брошу, Лиз. — Наши губы вновь слились воедино. — Никогда.