Книга Отпустить 10-го, страница 62 – Хлоя Уолш

Марк дал ей лекарство.

Применил суперспособности.

Ничего страшного не случилось.

И не случится.

По щекам потекли слезы, и я зажмурилась.

Поздно вечером дверь в мою комнату приоткрылась, и на пороге возникла Кива. Очень странно — до сих пор сестра не наведывалась ко мне по ночам.

Насторожившись, я забилась под одеяло и сжалась в комок.

— Не прячься, Лиз. — Голос Кивы звучал уже не сердито. — Я не злюсь. Наоборот, пришла извиниться.

Всхлипнув, я высунулась из укрытия.

— Прости, что накричала. — Кива с тяжелым вздохом опустилась на край кровати. — В общем, я увидела тебя и запаниковала.

Меня тянуло спросить, стало ли ей лучше.

Спросить, поправится ли она.

— Ты наверняка решила, что Марк меня обижает, но, клянусь, это не так. Совсем наоборот. — У нее порозовели щеки. — Он делал мне хорошо, Лиз. Все мальчики делают такое с девочками, которых любят. И с Марком мне очень-очень хорошо. Но тебе пока рано об этом думать. — Кива погладила меня по руке. — Сначала нужно вырасти и встретить особенного мальчика.

Если мальчики делают хорошо только любимым девочкам, выходит, Марк меня любит?

Но я хочу, чтобы меня любил Хью, а не Марк.

— Пожалуйста, постарайся забыть обо всем, что видела сегодня. — Кива судорожно вздохнула и с мольбой посмотрела на меня. — И пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, не рассказывай никому. Особенно родителям.

— Тебе лучше? — прохрипела я.

— Хм?

— Марк, — выдавила я, стараясь не дрожать. — После него ты чувствуешь себя лучше?

— О! — Сестра залилась краской и радостно кивнула. — Да, с ним я чувствую себя великолепно.

— Ладно. — У меня вырвался вздох облегчения. — Я никому не расскажу.

В понедельник утром, вернувшись после турнира U10 по регби, я застал маму на кухне.

— А где Гибс?

— Наверху с Клэр. — Вскарабкавшись на стул, мама вешала на потолок пиньяту, хотя обычно этим занимался отец. — Как сыграли?

— Победили со счетом тридцать пять — шесть. — Я бросил спортивную сумку к порогу. — Я занес попытку и заработал десять очков на реализациях.

— Молодец, — с улыбкой похвалила она. — Ты сказал спасибо маме Патрика за то, что она тебя подвезла?

— Я всегда благодарю Мэри, — огрызнулся я, стараясь не повышать голос, однако обида была слишком сильна. — Папа обещал прийти.

Мама горестно вздохнула:

— Хью.

— Он обещал встать с кровати и прийти на сегодняшний матч, — повторил я уже жестче. — Я вообще играю в регби только потому, что так хотел он.

— Хью, милый, я понимаю, ты расстроен, но папе сейчас очень тяжело.

— Нам всем тяжело, — возразил я, не в силах больше выносить его отсутствие. — Гибси потерял отца и родную сестру, однако он не валяется в кровати пять месяцев подряд.

— Твой папа очень хороший человек. — Мама твердила эту фразу с тех самых пор, как папа на нас забил. — Ты даже не представляешь, как сильно он нас любит, но у него горе, и мы должны проявить понимание.

— У меня тоже горе, — выдавил я. — И у Клэр. И у тебя. Чем его горе лучше нашего?

— Ничем, но ему официально диагностировали депрессию и посттравматическое стрессовое расстройство, милый. Для тебя это только слова, но поверь, от подобного так просто не избавиться.

— Почему? — Было до безумия обидно, что человек, которого я обожал, напрочь вычеркнул меня из жизни. — Скажи, пусть просто возьмет себя в руки.