Книга Отпустить 10-го, страница 71 – Хлоя Уолш

В реальном мире страшная женщина не пыталась меня утопить, а монстр не засовывал разные штуки в мое тело. Значит, не нужно сопротивляться, кричать и заявлять монстру, что лучший друг рассказал мне о том, где трогать нельзя. Ведь это не наяву.

Да, так гораздо, гораздо лучше.

Совсем не обязательно царапаться, кусаться, отталкивать монстра. Можно тихонько лежать, потому что он не сделает мне больно. Так сказали врачи. Мне просто мерещится.

Когда монстр перевернул меня лицом в подушку, я не молила о смерти, ведь это обычный кошмар. Когда он засунул мне внутрь нехорошую штуку, я не надеялась, что он навсегда утащит меня во тьму. Это монстр жил во тьме, а мой мир там, где свет. Когда он вставил нехорошую штуку мне в рот, обзывал и приказывал делать то, чему он меня учил, я безропотно подчинилась. Что монстр хочет, то монстр получает, поэтому не нужно сопротивляться. Я больше не мечтала превратиться в призрак, чтобы монстр не мог осквернить мое тело, ведь в реальном мире ему меня не достать.

В реальном мире я свободна.

— Лиззи, подъем. Уже день!

С трудом разлепив свинцовые веки, я увидела склонившуюся надо мной сестру.

— Что? — промямлила я, кутаясь в одеяло. — Я устала.

— Тебя послушать, ты вечно устала. — Кива закатила глаза. — Папа сказал, чтобы ты вставала и помогла все подготовить к празднику.

— К празднику? — Я едва ворочала языком. — Какому?

— Эй, ау! — Кива уставилась на меня как на умственно отсталую. — Сегодня Новый год, Лиз.

— А-а. — Сонно зевнув, я перекатилась на спину. — Ясно.

— Подъем! Папа велел тебе подключаться. — Кива сдернула с меня одеяло, ахнула и завопила: — Мама! Скорее, сюда! У Лиззи месячные.

Что у меня?

В растерянности я приподнялась на локтях и увидела свои окровавленные бедра.

— У меня кровь. — Я испуганно посмотрела на сестру. — Я умираю?

— Нет-нет, не умираешь. Клянусь, это совершенно нормальное явление, — торопливо заверила Кива. — Называется «месячные».

— Месячные? — Оцепенев, я разглядывала пятна на простыне. — А что это?

— Раз в месяц у девочек возникает кровотечение из влагалища, которое длится несколько дней. — Кива помогла мне встать и начала быстро снимать постельное белье. — Обычное дело, со всеми случается.

— С тобой тоже?

— Да, Лиз. Каждый месяц.

— Ясно, — содрогнулась от отвращения я.

— Моя ты бедняжка! — заворковала мама с порога. — Все хорошо, милая.

Опираясь на трость, она добрела до нас и крепко прижала меня к себе. Мама страшно похудела — кожа да кости. В ее иссохших руках мое сердце учащенно забилось, мысли путались.

— Нас предупреждали, что такое может произойти раньше времени.

Я не понимала, о чем речь, но сил раздумывать не было. Меня беспокоила только мама.

После больничных лекарств голова соображала медленно, злость притупилась. За два месяца в палате я вдруг осознала, что чувствую себя гораздо лучше вдали от мамы. Рядом с ней меня всегда терзал страх: что будет, если она в следующий раз не поправится? А следующий раз обязательно наступит. Мама заболевала, потом шла на поправку, снова заболевала, и с каждым разом ей становилось все хуже.

Очень странное чувство — мне не хотелось, чтобы мама меня обнимала, но и чтобы отпускала, не хотелось. Странно или нет, но именно так я ощущала себя в ее объятиях.