Книга Сезонные страхи, страница 18 – Шеннон Макгвайр

ПО КАЛЕНДАРЮ:

11 февраля 2017 года, зима, червивая луна.

Мелани умирает очень быстро и потому не видит, как остальные бросают ее труп сразу же, как только падает Гарри, а если б и видела, то не стала бы их ни в чем упрекать. Этого момента Мелани ждала всю жизнь, и хотя она страшно бы разозлилась, узнав, что всё решили за нее, пришла бы в ужас и не поверила, скажи ей кто-то, что она умерла, потому что какая-то женщина по имени Диана наконец-то ухитрилась стряхнуть путы зачарованного алхимического сна, выбралась из могилы и устроила свою кончину, – несмотря на все это Мелани гораздо больше испугалась бы, узнав, что все тратили время на нее, когда так нужны были Гарри.

Это она должна умереть, а не он. Гарри должен стать героем истории, парнем, у которого в юности трагически погибла девушка, он не должен превратиться во второй труп на футбольном поле.

Но именно это произошло с ним здесь и сейчас.

Один из футболистов, одиннадцатиклассник по имени Тревор, который в следующем сезоне, видимо, войдет в основной состав (он пришел на тренировку поздно и был чем-то озабочен, такого с ним раньше не бывало), падает на колени и прижимается ухом к груди Гарри. Прошлым летом Тревор окончил курсы первой помощи, потому что работал в местном бассейне. Он очень серьезно относился к работе спасателя, поэтому никто не возражает, хотя все знают, что Тревор терпеть не может Гарри, это просто притча во языцех. В средней школе Тревор в числе прочих неудачливых ухажеров таскался за Мел, втрескался в нее по уши, взрослые называют это детской влюбленностью и смеются, как будто чувства детей не имеют никакого значения, как будто они не могут причинить боль. Мел даже не заметила его неуклюжие попытки, предоставив Гарри возможность продемонстрировать свои давнишние права… И это уже само по себе было неприятно.

Но потом Тревор решил растолковать Мелани, что она встречается с настоящим неандертальцем, который относится к ней как к собственности, а она только посмеялась и сказала, что Гарри не перегибает палку – просто ведет себя точно так же, как и она сама. Делает только то, что она сама от него хочет. С тех самых пор Тревор с ними обоими практически не разговаривал, старался лишний раз в школе на Мелани не смотреть и единственный не подписывал открытки, которые отправляли ей в начале года в больницу.

Но он единственный умеет оказывать первую помощь. Поэтому никто из учеников не возражает, все просто молча стоят и, затаив дыхание, ждут, что он скажет.

Наконец Тревор распрямляется и говорит:

— Он жив. Сердце бьется. Кто-нибудь позвонил в девять-один-один?

Никто не позвонил. Все произошло слишком быстро, телефон с собой только у Кристины, а она увлеклась замаячившей перед ней карьерой независимого медиаконсультанта и даже не подумала никуда звонить.

— У меня телефон в сумке, – говорит кто-то из чирлидерш, и девчонки разбегаются, обрадовавшись, что можно наконец хоть что-то сделать.

Никто и не думает проверять пульс у Мелани. Ни к чему. Она лежит на поле с открытыми глазами, вперив невидящий взгляд в затянутое облаками небо, не моргает, не двигается, так может лежать только мертвец. Она умерла, и все это знают, им не требуются никакие доказательства: зачем проверять труп, и так все понятно.