Книга Сезонные страхи, страница 223 – Шеннон Макгвайр

Гарри ворочается на земле, кое-как приподнимается на локтях. Мелани садится возле него на корточки и протягивает ему руку, все еще не сводя глаз с Авен.

— Убирайся, маленькая Летняя девочка, – говорит она. – Если придется, я буду с тобой драться; может, одержу победу, а может, и нет, но мы в общем-то равны, и, чем бы дело ни кончилось, я тебя достаточно задержу, и мы обе вылетим из состязания. Ты же знаешь, что случается с претендентами, которые не получают корону?

— Конечно, знает, – говорит кто-то странно знакомым голосом.

Мелани поднимает взгляд, отшатывается и чуть не плюхается от удивления на землю. Ее удерживает только рука Гарри на запястье. Он садится, все еще цепляясь за нее, теперь они на одном уровне, и оба смотрят на идущего к ним человека, такого знакомого, которому здесь совсем не место и…

— Тревор? – вскрикивает Мелани. – А ты что тут делаешь?

— Если бы вы, воплощения, хоть иногда обращали внимание на служителей, а не просто ждали, что мы прибежим к вам по первому зову, вы бы уже давно поняли, что я Кукурузный Дженни, – холодно отвечает Тревор. – Но вы слишком зациклились на самих себе и не замечали, чтó творится вокруг, были слишком заняты своей жизнью и не видели, чтó происходит в моей.

— Кукурузный… Так это ты должен был подготовить Гарри? – Мелани встает, поднимая за собой Гарри, и с угрожающим видом делает шаг к Тревору. Про Авен она совершенно забыла, ведь теперь у нее гораздо более подходящий объект для ярости. – Ты должен был стать его служителем?

— Сюрприз, – самодовольно кивает Тревор.

Мелани гневно смотрит на него.

— Тревор, какого хрена? Ты его невзлюбил из-за какой-то глупой ссоры в шестом классе и потому наплевал на товарища из команды и переметнулся к моей мертвой сестре?

— Ты говорил, что мы друзья, – говорит Гарри. – Ты сказал: «Без обид». Я тебя специально спросил, и ты сказал: «Без обид».

— Ну да, но ты же не единственный врать умеешь, – огрызается Тревор. – И это было не в шестом классе. А в восьмом. Перед весенним балом. Вспомнили?

— Нет, – безо всякого выражения отвечает Мелани.

А вот Гарри глядит на Тревора, и до него медленно доходит, понимание почти сразу сменяется ужасом.

— Дружок, ты что, всерьез? Правда? Ты бросил меня неподготовленным во время коронации потому, что я сказал тебе, что собираюсь пригласить Мел на танцы? Да мы уже до того сто лет встречались. Все знали, что она моя девчонка! Даже учителя!

— Только потому, что ты первый вызвался домашку ей отнести, когда она болела. Если бы ты хоть малейший шанс дал всем остальным…

— То что? Ты убедил бы Зимнюю девочку, что подходишь ей лучше Летнего мальчика, в которого она с детства влюблена? Да ладно. Меня из-за тебя чуть не убили. Мел из-за тебя чуть не убили. Вот это уже никуда не годится.

— Я знал про Авен, – продолжает Тревор, не обращая на Гарри внимания. – Кукурузная Дженни, которая обучала меня, знала про эксперимент Косгроувов и велела не лезть в тот дом. «Мы ничего не можем поделать, пока она не проснется, а те Ледяные Джеки, которые заходили туда, пропали без вести». Так и сказала. Велела не волноваться: если спящая принцесса когда-нибудь откроет глаза, она с этим разберется, а мне пусть достанется золотой мальчик. Сказала, что так «решили» сезоны. Но я тебя не хотел, – по лицу Тревора медленно расплывается жестокая улыбка. – Не хотел оставаться в твоей тени, мистер Квотербек, хорошенький богатенький мальчик с хорошенькой жизнью, хорошенькой девушкой и всем прочим. Коронации не должно было случиться. И всю жизнь я так и проболтался бы твоим чокнутым убогим помощником.