Книга Возрождение клана, страница 82 – Владимир Батаев, Илай Шань

— Переживу, — усмехнулась Таня. — Из тебя модистка, как из меня дрессировщик синкретических животных. А Мирочке мы все объясним, не волнуйся.

* * *

Следующим утром я пил чай в компании двух эльфиек. Интересно, в мире Синкретизма не произрастают кофейные деревья или же Танриель предпочитает чай? Стол сервировала новенькая служанка, куда более скромная, чем банщица. Она даже не подняла на меня взгляд, когда расставляла чашки. А еще, к моему удивлению, выпивоха Витарель с утра употребляла только чаек.

Я вдруг вспомнил игривую банщицу, рыдавшую на крыльце, и поинтересовался ее судьбой:

— А та эльфийка, которая работала в помывочной, взяла расчет после мятежа?

— Ты про Тиморель? — нахмурила лоб Танриель.

Какие же у них созвучные имена. Скоро я начну путаться в эльфийках, что совсем не позволительно главе клана.

— Нет, Тиморель вернулась к работе, но сегодня я дала ей выходной. Но не волнуйся, без банщицы после утомительной тренировки ты не останешься, — подмигнула моя любимая эльфийка.

— Ты сейчас серьезно? Но ведь занятия с новобранцами должна проводить наш военный советник!

— Аль, ты тоже будешь участвовать. А первую тренировку тебе и вовсе придется провести самостоятельно. Иначе рекруты просто не смогут воспринимать тебя как главу клана, — объяснила Вита.

Я вздохнул:

— Ладно, как-нибудь справлюсь. Лиха беда начало. А синкретисты среди них есть?

— Да, и весьма перспективные, — заверила меня Витарель. — Остальные рекруты — хорошие ребята, готовые умереть за честь клана.

Я взял из вазочки ватрушку с творогом и повертел в руках. Несмотря на мою искреннюю любовь к плюшкам, сегодня кусок не лез в горло.

Нечего тянуть — пора выходить на ристалище, где когда-то еще до мятежа проводили соревнования по стрельбе из лука. Там новобранцы уже выстроились в неровную шеренгу, похожую на гусеницу.

Я подошел ближе, чтобы разглядеть рекрутов. В основном это были юнцы, не старше двадцати лет, но попалась и парочка возрастных. К моему удивлению, эльфов разбавляли люди. Ах да, вырождение клана и все дела. Одеты рекруты были как попало: кто в холщевую рубаху, а кто — в дорогой камзол с золочеными пуговицами.

Я вдруг ощутил волнение. Как-то не привык выступать на публике, а тем более командовать.

— Э… всем привет. Меня зовут Аль, и я — новый глава клана нитяных…

Мой голос потонул во взрыве смеха. Я обернулся к Вите, которая не спешила прийти мне на помощь. От возмущения у меня кровь прилила к лицу: мало того, что деревенщины надо мной насмехаются, так и воинственная эльфийка строит из себя скромняжку.

Рекруты смеялись. Смеялись, запрокинув головы и держась за животы. Наверное, не могли осознать, что какой-то щенок стал во главе их клана. За ветром не угонишься. Как бы я ни старался, сложно будет завоевать их уважение. В таком возрасте оболтусы понимают лишь право сильного. Даже если начну орать во всю мощь легких, они меня не услышат.

Я поднял руки и закрыл глаза. За ветром не угонишься, и надо быть, а не казаться.

А потом всю шеренгу, тридцать человек, отбросило на пару метров воздушной волной. Рекруты попадали на колени и закрыли головы руками.

Воцарилась тишина, и теперь меня услышали, даже если б я говорил шепотом:

— Кто еще желает познакомиться с магией синкретизма? Выйти вперед! Что, боитесь, бестолочи? Вот такие синкретисты, как я, напали на вашу обожаемую хозяйку трактира. И некому было ее защитить, потому что клан эльфов-аффрикатов стерт с лица земли. Так что можете смеяться, сколько влезет, но в родной деревне. Кому не нравится: чемодан-клан-мама, — повторил я слова Эрика.