Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 345 – Брендон Сандерсон

На сей раз они находились в одном из военных лагерей. Ренарин с Рлайном сидели неподалеку, свесив ноги с края ущелья. Шаллан никогда не знала за Ренарином склонности к открытым проявлениям веселья, но сейчас он смеялся над какими-то словами Рлайна. Спрены считали, что Далинар с Навани пока не добрались до следующего видения, что давало время подумать о том, что случилось в предыдущем. Стычка с Мрейзом едва не выдала их присутствия богам.

Возможно, им удастся разработать план получше. А ей, возможно, удастся разобраться с тем, что происходит с ее разумом.

— Узор, каким образом Бесформенная смогла вернуться? – спросила Шаллан.

Она сидела на краю лагеря, возле осыпающейся стены. Узор восседал справа от нее на проломленном участке стены, чинно сложив руки на коленях. Кредо устроилась чуть дальше на том же разрушенном участке, разглядывая небесных угрей.

— Я не знаю, – сказал Узор. – По моему мнению, люди и в здравом уме не имеют смысла! Что уж говорить, когда в нездравом. Ха-ха!

Шаллан запрокинула голову, ощутив легкий ветерок, и стала складывать в уме картинки из облаков. Эта идиллическая версия Расколотых равнин возникла на основе воспоминаний Рлайна. Она отображала период до прибытия людей, хотя в поле зрения не показывался никто – ни певец, ни человек. Об их присутствии свидетельствовали занавеси на окнах, возделанные поля в отдалении, прислоненные к одной из стен копья и луки. Как будто ты заглянул в дом, обитатели которого только что вышли и скоро вернутся.

— Я изгнала Бесформенную, – сказала Шаллан. – Я прошла этот этап. Она мне не нужна.

— Согласен, – отозвался Узор.

— Неужели это теперь навсегда? До конца жизни? Меня будет преследовать знание, что мой разум может в любой момент откатиться назад? Будет вечно выглядывать из-за угла?

— Мне жаль, Шаллан.

Она зажмурилась:

— Было гораздо лучше, Узор, когда я не знала. Тогда мои неудачи не были моей виной. По крайней мере, я могла делать вид, что это не моя вина.

— Шаллан, что сказал Шут? – прошептал Узор.

— Я знаю…

— Повтори.

— Я этого не заслуживаю, – прошептала она. – Я не виновата в том, что со мной сделали. Мириться с тем, что я испытываю боль, нормально, но не стоит мириться с тем, что я ее заслуживаю.

— Мне все равно жаль, что тебе приходится с этим жить.

— Приходится. Это ужасно и несправедливо, но приходится. – Она глубоко вздохнула. – Я не позволю Бесформенной проявиться полноценным аспектом моей личности. Вуаль и Сияющая – защитные механизмы, помогавшие мне выживать. А вот Бесформенная… это я. Не альтернативная маска, а то, какой бы я стала, если бы сдалась. Если бы я просто… стала такой, как хочет Мрейз.

— Ты на это не поддашься, Шаллан.

— Нет. Не поддамся.

— Тогда и бояться нечего. Может, она появляется здесь только как напоминание?

Девушка взглянула на спрена и увидела, что его головной узор вращается и изменяется, завораживая, быстрее обычного. Он переживал за нее.

— Спасибо тебе, – произнесла Шаллан.

— О! – встрепенулся Узор. – Я сказал правильную вещь?

— Важнее то, что ты рядом, – улыбнулась она.

— В этом я очень хорош. Мм… Может, это и обман, но мне нет дела!

Шаллан уставилась в небо, мимо угрей, на облака.

— Интересно, как там Адолин. Думаешь, с ним все в порядке? Ему пришлось отправиться на войну без меня.