Книга Ветер и Правда. Том 1, страница 353 – Брендон Сандерсон

Достаточно ли этого? Таравангиан заплакал, потому что знал, что этого не хватит. Он мгновенно перенесся в комнату дочери, ощутив, что она играет там с его внуками. Он смотрел, как они смеются, и дрожал, охваченный внезапным страхом. Разве он не должен почувствовать любовь, вновь увидев их?

Нет. Он был в ужасе. Они крайне уязвимы.

Изгнания преступников недостаточно. Их необходимо наказывать. Уничтожать, чтобы они не могли причинить вреда его родным или народу. А что насчет других королевств? Они могут явиться сюда, вторгнуться, разрушить. Его семья никогда не будет в безопасности, пока всё и повсюду не окажется под его контролем. Лишь тогда у него не останется причин для страха.

Он не стал являться родным. Обнял каждого по очереди, но молча, незримо. Они не должны знать, кто он и что вынужден делать.

Эмоции настаивали на войне.

В этом вопросе, как ни поразительно, интеллект и чувства сходились.

Культивация ошибается. Война, ведущая к обретению им контроля над всем, – единственный путь.

Венли одна сидела в пещере. Она вытесала пещеру сама, воспользовавшись своей способностью придавать форму камню.

Снаружи мимо входа двигалась огромная тень под характерный скрежет и глухие удары, производимые ущельным демоном. Вместе со зверем шагали слушатели, напевая в оптимистичных ритмах. Впервые за очень долгое время дела у ее народа будто бы шли на лад.

Если только Венли не навлекла на них окончательное уничтожение.

Она закрыла глаза, положила руки на камни и запела им.

«Добро пожаловать, дитя древних, – отозвались камни. – Добро пожаловать, певица камней. Добро пожаловать, Сияющая».

— Мне нужно наставление, – прошептала Венли. – Прошу.

«О чем?» – спросили камни.

— Мой народ… приняв к себе меня, укрыв Сплавленных-отступников вроде Лешви… навлечет на себя гнев Вражды. Я чувствовала его ярость. Я переживаю, что привела слушателей к гибели. Снова.

«Мы не знаем будущего, – ответили камни. – Мы поем о прошлом. О днях далеких, когда мы пели вместе, а вы придавали нам форму. Когда ваш народ знал камень».

Как и в Уритиру, здешние камни горели желанием говорить с ней, а пели в ритмах радости и мира. Они называли себя Ко, камнями холмов, хотя порой изъяснялись так, словно весь камень – в действительности весь Рошар – являлся единым целым.

Они охотно показывали Венли прошлое, а при ее способностях это означало, что из каменного пола вырастали фигурки. Крошечные скульптуры всего в несколько дюймов высотой, воссоздающие историю прихода ее народа в эти края. Периодически предки смотрели вверх, будто что-то заметив. Или… вслушиваясь?

Камень не знал ответов. Ему не было дела до «новых» богов: он просто хотел петь, и это было бы восхитительно, если бы Венли не беспокоилась все сильнее о том, что сделала. Наконец-то принесла клятвы Сияющего рыцаря. И слова ее приняла… по всему выходило, что Культивация.

Венли привела к своему народу странников, спренов света. Начиная с Джакслим, ее матери, добрых два десятка слушателей связали спренов узами. Великолепный выплеск силы, случившийся куда быстрее, чем при воссоздании прочих орденов. Спрены света заждались.