Онлайн книга «Слова сияния»
|
Что-то было не так. Каладин остановился на границе света от очага, и Тефт замер рядом с ним. — Что-то не в порядке, – сказал он. Кэл согласился, окидывая людей взглядом. Они собрались по одну сторону от костра – кто-то сидел, остальные стояли, держась вместе. Их смех был наигранным, позы – напряженными. Люди, которых обучили военному делу, использовали боевые стойки, когда им было не по себе. Что-то по другую сторону костра угрожало им. Каладин вышел на свет и обнаружил, что там сидит человек в опрятном мундире, опустив руки по бокам, склонив голову. Ренарин Холин. Странное дело – он слегка раскачивался вперед-назад, не поднимая глаз. Каладин расслабился и, приблизившись, спросил: — Светлорд, чем я могу вам помочь? Ренарин вскочил и отсалютовал ему. — Сэр, я хочу служить под вашим началом. Каладин безмолвно застонал. — Светлорд, давайте отойдем в сторонку. – Он взял худощавого принца под локоть и увел подальше от любопытных ушей. — Сэр, – вновь заговорил Ренарин, понизив голос, – я хочу… — Вы не должны называть меня «сэр», – прошептал Каладин. – Вы светлоглазый. Клянусь бурей, вы сын самого могущественного человека в Восточном Рошаре… — Я хочу вступить в Четвертый мост, – перебил его Ренарин. Каладин потер лоб. Будучи рабом, справляясь с куда более серьезными проблемами, юноша забыл о том, какую головную боль способны вызвать высокородные светлоглазые. Раньше он предполагал, что слышал самые нелепые из их смехотворных требований. Похоже, ошибся. — Вы не можете вступить в Четвертый мост. Мы телохранители вашей собственной семьи. Что вы будете делать? Охранять самого себя? — Сэр, я не буду помехой. Я стану усердно трудиться. — Ренарин, не сомневаюсь в этом. Послушайте, с чего вообще вам взбрело в голову вступить в Четвертый мост? — Мой отец и мой брат, – негромко объяснял Ренарин, на чье лицо падала тень, – они воины. Солдаты. Я не такой, если вы еще не поняли. — Да. Что-то, связанное с… — Физическим недугом. У меня малокровие. — Это народное название для множества разных болезней, – заметил Каладин. – Чем вы на самом деле страдаете? — Эпилепсией. Это значит… — Да-да. Она спонтанная или симптоматическая? Ренарин застыл во тьме: — Э-э… — Припадки вызваны каким-то повреждением мозга, – уточнил Каладин, – или просто случаются без особой причины? — У меня это с детства. — И насколько серьезны приступы? — Да все в порядке, – поспешно пояснил Ренарин. – Дела не так плохи. Я не падаю на землю с пеной у рта, как все думают. У меня рука судорожно вздрагивает несколько раз, или я сам начинаю дергаться и не могу остановиться пару минут. — Сознание не теряете? — Нет. — Видимо, что-то миоклоническое, – предположил Каладин. – Горьколист вам давали пожевать? — Я… Да. Не знаю, помогает ли это. Дело не только в конвульсиях. Часто после припадков я очень сильно слабею. Особенно одна сторона тела. — Хм, это следствие припадка. У вас когда-нибудь случалось устойчивое расслабление мышц, – к примеру, вы не могли улыбаться одной стороной лица? — Нет. Откуда вы все это знаете? Вы же солдат? — Я кое-что смыслю в полевой хирургии. — И как с полевой хирургией связана… эпилепсия? Каладин кашлянул в кулак. — Ну, я понимаю, почему они не хотели, чтобы вы отправлялись сражаться. Я видел людей, чьи раны вызвали похожие симптомы, и лекари всегда освобождали их от военного долга. Светлорд, нет никакого стыда в том, что вы не годитесь для битв. Не каждому суждено воевать. |