Книга Ритм войны. Том 2, страница 194 – Брендон Сандерсон

— Так давно, – произнесла Рабониэль с мягкой, почти неразличимой интонацией. – Очень, очень давно. Сколько времени прошло? Семь тысяч лет? Я не думаю, что ты в состоянии постичь, как я устала от этой войны, Навани. Как мы все устали. И ваши Вестники тоже.

— Тогда покончим с этим, – сказала Навани. – Объявите перемирие. Покиньте башню, и я уговорю Далинара вступить в переговоры.

Рабониэль покрутила бокал с вином, словно пытаясь рассмотреть жидкость под разными углами.

— Думаешь, мы не пытались вести переговоры? Навани, наши племена рождены, чтобы сражаться друг с другом. Мы противоположности. По крайней мере, я так думала. Я всегда предполагала, что если буресвет и пустосвет действительно смешаются, то… бабах! Они уничтожат друг друга. Так же, как делаем мы в этой бесконечной войне.

— Значит, в этом все дело? – спросила Навани. – Поэтому вы так сильно хотите, чтобы я соединила разные виды света?

— Мне нужно знать, права ли ты. Если да, то многое из того, что я планировала, рухнет. Интересно… может быть, я больше не способна мыслить здраво. Может, я выдаю желаемое за действительное. Когда живешь слишком долго, забываешь об осторожности. Становишься слишком самоуверенным.

Рабониэль кивнула в сторону стола Навани:

— Неудачный день?

— Я утратила интерес, – сказала бывшая королева. – Кажется, мне пора принять ваше первоначальное предложение и начать таскать воду.

— Зачем так растрачивать себя? – спросила Рабониэль, ее ритм становился все интенсивнее. – Навани, ты все еще можешь победить меня. Если бы люди не могли перехитрить Сплавленных, вас бы уничтожили во время первых нескольких Возвращений. Опустошений, как вы их называете. Но вам всегда удавалось отбросить нас. Вы дрались камнями – и побеждали! Мой вид притворяется, что мы так много знаем, но во время многих Возвращений мы обнаруживали, что изо всех сил пытаемся догнать ваше племя. Это наша страшная тайна. Мы слышим ритмы, мы понимаем Рошар и спренов. Но ритмы не меняются. Спрены не меняются. Если мы вместе откроем эту тайну, ты сможешь использовать ее лучше, чем я. Смотри и увидишь. По крайней мере, докажи, что я ошибаюсь. Продемонстрируй, что наши две разновидности света могут сливаться и смешиваться, как предполагает твоя теория.

Навани задумалась, хотя – буря свидетельница! – понимала, что так нельзя. Это был еще один трюк, еще один катализатор, добавленный в систему, чтобы подстегнуть реакцию. И все же Навани не могла лгать самой себе. Она действительно хотела знать. Как всегда, вопросы дразнили ее. Вопросы были беспорядком, ожидающим организации. Чем больше понимаешь, тем сильнее мир выравнивается. Хаос приобретает смысл, как и положено всем вещам.

— У меня возникла проблема, – сказала Навани, наконец-то сделав глоток из своего бокала. – Я могу заставить два света пересечься – я могу заставить их собраться вокруг одного и того же самосвета, кружась, как дым в потоке воздуха. Но они не смешиваются.

— Противоположности, – сказала Рабониэль, наклоняясь вперед, чтобы посмотреть на схемы и заметки, которые Навани делала по каждой неудачной попытке.

— Нет, просто инертные вещества, – возразила Навани. – Подавляющее большинство элементов, будучи объединены, не вступают в реакцию. Я бы давно назвала эти две субстанции несмешивающимися, если бы не видела башнесвет.