Книга Первый среди равных, страница 97 – Павел Чук

Присмотрелся, и вправду, вокруг фургона кружили ординарцы всех известных мне старших офицеров.

Дверь фургона распахнулась и оттуда, по очереди стали выходить офицеры. Капитан подозвал меня, сел на коня и мы взяли путь обратно в авангард, к своей части. Офицер был хмур, и беспокоить его своими расспросами не стал. Вечерело. Последний привал перед решающим броском. Отобедав, сел проверять снаряжение, за этим занятием меня и застал капитан, прохаживающийся мимо рядов повозок. Вскакивать не стал, думал, пройдёт мимо, но нет. Остановился и с заинтересованным видом смотрел, как я правлю клинок выданного мне палаша.

— С завтрашнего дня поступаешь в личное распоряжение генерала. Он требовал ещё двоих отдать, но обойдётся. И так людей, считай, нет, а задача поставлена невыполнимая.

— Нет невыполнимых задач, – хотел подбодрить, но не получилось. Постарался быстро поправиться, – есть недостаток сил и времени. А что людей мало, так основные части подойдут, помогут.

— Не подойдут. Разве не понял, они на Санторию пошли. Главный удар будет именно там, а здесь… Что скрывать, небось, уже понял — отвлекающий манёвр.

— А генерал?! Он же с нами остался!!! Лично возглавляет командование! – вот чему удивился, так обречённости в словах капитана.

— Возглавляет, до поры до времени. Для этого он и собрал в одну группу ординарцев, чтобы хорошо с лошадьми управлялись, и в бою не сдрейфили. Как здесь начнётся, так ему надо обеспечить отход. Вас для этого и отобрали. Только об этом никому!!! Завтра подробности узнаешь.

Лёжа, укутавшись в одеяло, пытался уснуть, но сон не шёл. Перед трудными днями нужно отдохнуть, но в голове крутилась мысль: если не уйду сейчас, то дальше будет сложнее выбраться. Неизвестно, куда меня закинет прихоть генерала.

Тихонечко встал, нацепил оружие, как раздался оглушительный вой боевого горна…

— Вентори! К капитану, немедленно! – в палатку заскочил незнакомый солдат.

«Чёрт! – выругался про себя. – А хотел тихо уйти».

В палатке капитана было многолюдно. Зашёл, ожидая, когда на меня обратят внимание, не хотел сразу бросаться в глаза, надеялся, что получится незаметно узнать план операции…

— …господа офицеры, – продолжал говорить капитан, – план меняется. Нам предстоит маршем преодолеть остаток пути и с ходу вступить в бой. И не надо делать удивлённое выражение лица, лейтенант. Вам было поручено ликвидировать вражеские разъезды, обеспечить скрытность перемещения колонны, если не смогли, тогда пойдёте в первых рядах. Итак, слушай мой приказ! Выступаем немедленно. Обозы подтянутся потом.

— До Прочноокска полдня пути, – сказал, кто-то из офицеров.

— Пойдём налегке, дойдём быстрее. Срок выйти на окраину и закрепиться — четыре часа. К этому времени подойдёт ядро колонны, а дальше согласно плану. С ходу вступаем в бой, но противника не преследуем, не нарываемся на открытый бой. Разбиваем лагерь и дальше по обстановке. Разойдись по местам! Вентори, останься.

Не успели все разойтись, капитан обратился ко мне:

— У тебя другая задача, скачи к генералу, предупреди, что нас заметили. К нему уже послали гонца, но мало ли что. Тем более, тебе всё равно переходить в его распоряжение.

«Вот и момент, что можно уйти не вызвав подозрений. Покинул расположение, но в конечный пункт не прибыл — лучше и не придумаешь. Скажут, не добрался, погиб», бодро отдал честь и собирался выходить, но капитан меня остановил: