Книга Первый среди равных. Служа Империи, страница 52 – Павел Чук

— Не могу знать, но если они двигались сюда, то думаю не зря. Вы бы, штабс-полковник, — неуверенно произнёс капитан, — посторонились, пропустили вперёд. Затопчут. Успеете, поучаствуете в сражении. Сейчас будет встречный бой, а вы, как понимаю, не кавалерист. Боюсь, лошадь испугается и понесёт, а падать на землю во время скачки смертельно опасно. Вы не беспокойтесь…

— Я понял, капитан, действуйте, — оценив свои шансы в кавалерийском наскоке, согласился с офицером. Рядом уже крутился верный адъютант, держа за поводья коня.

Смотрел, как практически с места набирает скорость и устремляется вскачь кавалерия. Она текла словно лавина, сметая всё на своём пути. И казалось, что нет никакой силы её остановить.

Пылевое облако полностью скрывало картину боя. Пробовал прислушиваться, но что поймёшь в доносящемся ржании лошадей, скрежете металла о метал, и я отдал приказ оставшейся со мной тройке гвардейцев следовать за мной.

— Капитан приказал ожидать, — возразил лейб-капрал.

— А если именно нас там не хватает? — задал неудобный вопрос. Я измучился в неведении. Впервые я оставался в стороне от боя не командуя, не руководя боем, а просто стоял и смотрел, как происходит сеча не на жизнь, а на смерть, и меня мучала совесть. Может действительно стал солдатом с большой буквы, видя, когда мои соратники умирают, и не мог спокойно стоять и ждать, чем закончится бой. — Савелкин, с обозом! Остальные… К бою! За мной!!! — скомандовал, перехватывая поводья.

Неудивительно, что спутники меня обогнали и вырвались далеко вперёд на первых же метрах. Кавалеристы, а тем более гвардейцы — особая каста. Их учат обращаться с лошадьми, управляться с оружием на полном скаку, но главное — лошади. Они не боятся шума, выносливы и неприхотливы. А мне досталась обычная, что как не подгонял её, она всё равно не могла сравниться с боевыми кавалерийскими скакунами. Ожидаемо к месту боя прибыл последним.

— Штабс-полковник, докладываю, — подъехал ко мне лейб-капитан. Его лошадь, разгорячённая быстрой скачкой, всё не могла успокоиться и кружилась вокруг меня, описывая кривые. Капитан старался утихомирить её, но боевой скакун не успокаивался. Как-то читал или видел по телевизору, что резко коня останавливать нельзя. После стремительной скачки его необходимо выходить, и только потом останавливать и давать воду.

Я слез с лошади. Подскочил лейб-капрал, взял поводья. Лейб-капитан последовал моему примеру и лошадки тихим ходом побежали по кругу.

— Благодарю, — произнёс офицер и я понял, за что благодарит меня лейб-капитан. Хвастаться и набивать себе цену, что чего-то знаю о лошадях не стал, только коротко кивнул.

— В ходе встречного боя, — продолжил доклад лейб-капитан, — уничтожено до полусотни моркенов. Захвачены лошади, в том числе вьючные и обоз. Пока не считали.

— Потери?

— Пятеро убиты, восемнадцать ранены. Из них четверо тяжело. Лошадей потеряно двенадцать.

Неплохой размен получился. Кавалерийский батальон — сто пятьдесят бойцов. По земной классификация, если не ошибаюсь, именовался эскадроном, уничтожил пятьдесят врагов и безвозвратные потери всего пятеро.

— Кто-то смог уйти? — во всё ещё витавшем облаке пыли не понял, смог ли кто уклониться от сражения и, оторвавшись, броситься убегать.