Книга Первый среди равных. Служа Империи, страница 76 – Павел Чук

— И что они хотят? Может лазутчиков каких выслали?

— В такой карусели пеший не пройдёт. Без малого, наверно тысяча всадников кружится.

— Но пылевое облако они зачем поднимают? За ним же ничего не видно, — размышлял, ища причину, почему так ведут себя противники. Только что наступил рассвет. Пора бы им и атаковать нас, но они чего-то ждут. Не успел додумать, как из строя выпал один всадник, устремился в нашу с капитаном строну. Солдаты подобрались, припали к мушкетам, но я их остановил:

— Не стрелять!

Всадник скакал по прямой линии, кратчайшим курсом и у меня возникло впечатление, что он пойдёт на таран, но буквально в полусотне метров он резко остановил коня, что тот встал на дыбы и повинуясь инерции сделал несколько шагов вперёд на задних ногах. Я удивился такому мастерству и мысленно поаплодировал наезднику. Никогда не видел такой великолепной техники выездки. Казалось, что всадник и лошадь слились и стали единым целым. Удержаться в седле на полном скаку — полбеды, а вот попробуй на полном скаку остановить лошадь и не свалиться кубарем вперёд головой. А гарцевать, поставив её на дыбы, посчитал ве́рхом мастерства.

— Красиво. Наши лучшие кавалеристы такого не могу, — согласился с моими выводами по поводу мастерства всадника, капитан.

— Эй!!! Не стреляй! Иди, говорить надо! — вдруг на ломаном канторийском наречии заговорил этот всадник. Он сдерживал разгорячённую лошадь, что так и норовила пуститься снова вскачь.

— Разрешите? — спросил капитан, а кружащаяся вакханалия всадников продолжалась.

— Иди, — коротко ответил. Знал, что штабс-капитан ничего лишнего не расскажет. Всё-таки имеет опыт штабной работы, а если повезёт, то и узнает, что полезное.

Штабс-капитан одёрнул мундир, поправил фуражку и пошёл к всаднику. Поднятая пыль кружилась. И тут до меня дошло, зачем они так делают.

— Солдат! — позвал первого подвернувшегося под руку, — бегом к колодцу! Посмотри, прикрыли его или нет. Если нет, немедленно закрой его хоть шкурами, хоть попоной, но чтоб пыль не попадала внутрь!

«Вот сволочи, как вздумали осложнить нам жизнь. Лишить воды. Пылевое облако поднимется, накроет селение и осядет. Ведь они крутятся по кругу, и вся пыль собираться будет в центе, а что в центре? Правильно — колодец», — удивлялся хитрости и продуманности противника. Не зря предупреждали сослуживцы, когда отправлялся на юг Империи, что здесь своя специфика, свои особенности и редко кто, прослужив долгие годы на севере Империи, мог легко адаптироваться к условиям южных степей.

Капитан неторопливо возвращался.

«Что-то быстро», — подумал, приглядевшись к всаднику. Тот продолжал стоять на одном месте.

— Господин штабс-полковник, — обратился капитан.

— Что он предложил такого, что ждёт ответа немедленно?

— Он отказался со мной говорить. Требует самого старшего офицера — командира десятитысячника. Ну, то есть командира дивизии по-нашему.

— Пешая дивизия у нас до пяти тысяч, насколько помню, а конная и того меньше, — блеснул своими знаниями штатной численности подразделений.

— Совершенно верно, господин штабс-полковник, но согласно воинского звания…

— Понял, не утруждайся. Я могу командовать и группой дивизий, а если повезёт и фронтом. У них что, совсем званий нет? Только по численности командира называют, — осведомился, чтобы как-то понимать структуру армии противника. Всё как-то не досуг было, а вот понадобилось и не знаю.