Книга Павший, страница 162 – Анна Щучкина

Мы листали молча. Дрессированные буквы складывались в опасные слова. Красивые почерки предков повествовали о прошлом дома Корс, родоначальников дитто. Во времена расцвета этой фамилии сложился известный нам порядок вещей.

Белые, черные, зеленые и огненные драконы. Редкие встречи с другими породами, покинувшими Таррванию. Все это мы и так знали. Выложив из сейфа очередной том, я замер.

В глубине, на подставке, представляющей собой толстую книгу, стояло сияющее белым светом драконье яйцо.

Аниса прикрыла рот дрожащими руками.

— Ловушка, – выдохнула она. – Астраэль подозревал, что я доберусь до сейфа. А если коснусь яйца… Дракон вылупится. И император поймет, что мне известна правда о дитто. Что же нам делать?..

— Шаг в сторону.

Я протянул руку, поддел книгу под корешок, стараясь не раскачивать яйцо – не из страха, а просто из вежливости. Лишь дитто белого дракона может пробудить детеныша – мне, фарффлу, это отнюдь не грозит. Книга легла на мою ладонь приятной тяжестью. Яйцо осталось в сейфе. Мы отошли к пятну лунного света и раскрыли том на столе.

Сначала это казалась сухой переписью обрядов. Я пробежал взглядом несколько страниц.

— Ничего.

— Подожди. – Аниса склонилась ближе, и ее дыхание обожгло мне щеку. – Смотри на начальные знаки. Рубленые буквицы в виде спаянных колец – отличительный почерк дома Корс. Их не спутать ни с чем. Это мертвый язык. Фанатики белого дракона берегли его для самого главного.

И чернильные завитки наконец заговорили. В них появилась логика – ясная и беспощадная.

— Первая дюжина, – прочел я, – стихийные маги, которым надоело черпать чужую силу и учиться использовать ее по правилам. Они хотели владеть ею. Передавать по наследству. Хотели, чтобы дети рождались уже с узлами магии, а усилителями служили драконы. Чтобы самим решать, сколько власти брать у мира.

Мы листали дальше. На полях – схемы магических узлов, в тексте – слепая вера в право сильного. На узком развороте – слова, от которых бумага стала холоднее льда.

— Они достигли своей цели, – продолжал я. – Но после перессорились. Одни поклялись любой ценой сохранить это знание в тайне. Другие пытались обратить ритуал… Вот оно. – Я разгладил страницу и придержал ее, в глубине души боясь, что та сорвется с места и улетит. – Нужны два дитто, привязанные к драконам Жизни и Смерти. И еще… э-э… артефакт, принадлежащий дому Корс. Что означает это слово? Жезл? Посох?

— Не понимаю, – пробормотала Аниса, вглядываясь в письмена. – Проклятье… Они жертвовали ими. – Она сглотнула ком в горле. – Детьми. Мальчик и девочка. Брат и сестра. Один умирает на глазах у другого. Слова произносятся на древнем языке, рука касается артефакта, который разрубает цепи. Связь рушится.

Когда Аниса прекратила шевелить губами, заучивая формулу ритуала, я перевернул страницу. Почерк стал жестче, словно перо держала костяная рука мертвеца.

— Похоже, ритуал освобождения может убить императора, – произнес я, дочитав очередной абзац. – Тут сказано, чем больше существ у дитто в подчинении, тем сильнее окажется удар. Это хорошо. Мне не очень хочется самому марать руки.

Глядя прямо перед собой, Аниса сделала робкий вдох.

— У Рейна в подчинении тоже много существ.

— Это плохо. – Пролистав книгу до конца и не найдя ничего, что могло бы помочь дяде, я осторожно закрыл ее. – Думаю, нам пора.