Книга Дикая кровь, страница 201 – А. Дж. Врана

— Есть кое-что, что ты должен знать, – сказал Сергей, разминая суставы. – Я случайно услышал, что Зверев уже в пути. – Он посмотрел на Кая. – Девушка с ним.

После слов Сергея вся уверенность, которую Кай еще сохранял, улетучилась. Если Зверев вел сюда Кэлан, это означало только одно.

«Короля Пик» штурмовали.

Поток захлестнул Кая, отбросил к стене, и он пошатнулся. Ама потерпела неудачу. Его охватил гнев, но беспокойство быстро притупило ярость. Ама была свирепой. Она скорее умрет, чем допустит, чтобы на ее глазах кто-то погиб. Внутри у Кая все сжалось, бок свело судорогой, выдохи стали прерывистыми. Он попытался взять дыхание под контроль, но оно проскальзывало сквозь зубы, тогда он вцепился в волосы обеими руками и согнулся пополам, а из его горла вырвалось яростное рычание.

Все, о чем он мог думать, была Мия.

Мия, которая ввязалась в его неприятности, которая подвергла себя опасности, чтобы поступить правильно. Мия, которая дала ему смелость посмотреть в зеркало, вскрыть себя и увидеть, из чего он сделан.

Мия, весь его чертов мир, потому что без нее он был бы совсем один.

— Что ты собираешься делать? – Голос Сергея вырвал Донована из размышлений.

Кай опустил руки и оторвался от стены. Он загнал смятение под кожу, затем еще глубже, в вены, мышцы и кости, глубоко в мозг, где он будет держать его взаперти, пока не поймет, что с ним делать.

— То, что у меня получается лучше всего, – отозвался он, и отвращение, головокружение и душевная боль отступали, пока Кай не почувствовал пустоту в душе. Это пугало его – темное небытие, отсутствие чего-либо в груди, – но это было все, что удерживало его сейчас. – Потеряю самообладание.

Мия

Когда Мия просунула руку в щель между мирами, она не знала, чего ожидать. Она увидела шов сквозь туман – неровную линию, отмечающую путь на физический план. Гавран привел ее к другому входу, и, хотя во сне у нее не было ощущения времени, она надеялась, что это сработает в ее пользу.

Ее тело перемещалось в пространстве, как жидкость в сложенных лодочкой ладонях. Туман сменился флуоресцентными огнями, земля засверкала, как фарфоровая плитка. Мия тянулась и тянулась, пока не провалилась в эту щель в реальности, споткнулась о кран и не ударилась об пол.

В ванной.

Гавран что-то прокаркал рядом с девушкой, тыкая в нее клювом. Мия поморщилась, заклеенные порезы на ее руках, ногах и кистях рук саднили от столкновения. Поднявшись на ноги, она повернулась к зеркалу – чистому, если не считать булавочного укола. Девушка уставилась на него, и эта единственная точка превратилась в паутинку, которая исказила ее отражение, а эпицентр накрыл камень грез.

— Пошли, – сказала она Гаврану и выскользнула из ванной.

То, что ее ожидало, было не огороженной территорией, а особняком, скорее музеем, чем домом. Высокие арки, окна от пола до потолка, бездушный декор. Без сомнения, дом богатого человека. Неужели Петр спрятал Кая где-то в своем собственном доме?

— Гавран, – обратилась Мия к ворону на своем плече, – где мы?

Именно там, где нам и нужно быть.

Мия в этом сомневалась. Петр был умен, он бы отделил свои деловые дела от домашних. Она наклонила голову к своему фамильяру.

— Почему ты не отвел меня к Каю? К Кэлан?

Это ничего не даст, – настаивал Гавран. – Тебе нужны две половины, чтобы увидеть целое.