Книга Чун Цзы. Книга 1, страница 27 – Шу Кэ

— Больше так не делай. Ступай. – Ло Иньфань вдруг подумал, что безрезультатно говорил это уже десятки раз. Он поспешил добавить: – Если снова будешь шалить, я строго тебя накажу.

Чун Цзы молча встала и вышла.

Настало время переписать письмо. Ло Иньфань покачал головой и сел за стол, снова взяв кисть. По какой-то причине он не мог перестать вспоминать большие и яркие черные глаза, и в его сердце возникло нехорошее предчувствие.

Предчувствие не обмануло.

Проснувшись на следующее утро, Ло Иньфань вспомнил, что вчера не убрался в главном зале, и поспешил исправить упущение. Когда он пришел туда, то обнаружил следы чьего-то присутствия. Пропала шпилька, которой он закалывал волосы, когда писал.

Эта шпилька была не так уж и важна, просто пропала вещь, к которой он привык, и это смущало.

В его голове медленно формировалась нехорошая мысль…

Ло Иньфань ошеломленно застыл и долго простоял на месте. Простоволосый, он вылетел из зала, чтобы подтвердить свою догадку. И действительно: Чун Цзы лежала на берегу источника Четырех морей, размешивая воду его шпилькой!

Ло Иньфань не знал, смеяться ему или плакать.

— Чун-эр! Чун-эр!

Увидев его, Чун Цзы встала и быстро подбежала.

— Учитель.

— Как ты могла без разрешения взять то, что принадлежит твоему наставнику?

Конечно, Ло Иньфань не мог злиться на ребенка, однако маленькая ученица была до того непослушна, что даже учитель не был для нее авторитетом. Нельзя потакать такому поведению, оно требует сурового наказания.

— Ты не считаешься со старшими и в наказание должна два больших часа стоять здесь на коленях! – нахмурился он.

Чун Цзы оставалось лишь опуститься на колени.

Ло Иньфань взял шпильку и вернулся в зал, но вдруг услышал плач. Наверное, такое наказание слишком суровое для маленького ребенка? Ло Иньфань вышел взглянуть, что произошло. Естественно, плакала его ученица.

— В чем дело?

Чун Цзы подняла заплаканное лицо.

— Наставник… у меня… болят ноги.

Что ж, она еще маленькая, а баловство – часть детской натуры. Ло Иньфань сдался и протянул ей руку.

— Надеюсь, ты усвоила урок. Отныне не допускай ошибок.

— Наставник так добр ко мне, конечно, я буду послушной.

Чун Цзы обняла его ноги, но большие глаза блеснули лукавством.

Два дня спустя терпение Ло Иньфаня лопнуло.

— Чун-эр! Чун-эр!

Ло Иньфань привык жить один на пике Пурпурного бамбука, никто не смел нарушать его покой. Бывало, что он не разговаривал по нескольку дней, а теперь ему приходилось кричать по нескольку раз на дню. И самым часто произносимым словом было имя его маленькой ученицы. Стоило Ло Иньфаню ее позвать, как она тут же оказывалась перед ним. Как можно перемещаться так быстро, не владея магией? Казалось, она с нетерпением ждала его зова. Бессмертный не знал, что делать. Неужели ей так не терпится получить наказание?

Строго посмотрев на Чун Цзы, он сказал:

— Иди и встань на колени перед дворцом Чунхуа. Тебе придется стоять так два больших часа!

Чун Цзы ушла, но вскоре с улицы вновь раздался плач. Он становился все громче и громче. Что же делать с этой непокорной ученицей! Ло Иньфань решил не обращать внимания.

Вскоре плач стих.

Ло Иньфань начал беспокоиться и после некоторого колебания решил выйти и посмотреть.

Неожиданно для него на ступенях перед дворцом никого не было!