Книга Темный Лорд Устал. Книга VII, страница 63 – Тимофей Афаэль, Алексей Сказ

Кто-то в толпе выругался сквозь зубы, а кто-то всхлипнул. Пожилой мужчина в рабочей спецовке стиснул кулаки.

В конференц-зале мэрии журналистка в красной кофте стояла, забыв про блокнот в руках. Слёзы текли по щекам, и она не вытирала их. Рядом с ней плакал пожилой мужчина — тот самый, с усталым лицом, похожий на заводского работягу. Он и был заводским работягой пока завод не закрыли. А потом тоже устроился в «Эдем-Агро».

Даниил стоял перед ними, и его глаза горели тем особенным огнём, который зажигается только у людей, говорящих правду. Мурзифель сидел на столе, чёрный и невозмутимый, и его янтарные глаза смотрели прямо в объектив камеры.

Оператор, тридцать лет в профессии, видавший всякое — от митингов до войн — смотрел в видоискатель и чувствовал, как по спине бегут мурашки. Он снимал историю и он это знал.

— … Мы — Эдем! — голос Даниила разносился по залу. — И пока мы вместе — нас не сломать!

Зал встал. Весь, разом, как один человек.

Аплодисменты загрохотали.

Кто-то кричал, а кто-то даже плакал.

На блокпосту «Север» Страж в полной броне смотрел на экран планшета, который ему сунул напарник. Трансляция шла с помехами, но слова были слышны чётко.

— Его Стражи стоят на блокпостах, чтобы сюда не прорвалась та мразь, которая хочет нас раздавить…

Боец под шлемом усмехнулся. Вчера ночью они размотали колонну, а сегодня какой-то пацан с котом рассказывает про них всему региону.

Мир менялся прямо сейчас, в прямом эфире.

В дежурке Корпуса Усмирения на окраине блокадной зоны капитан Демьянов смотрел ту же трансляцию и хмурился. Его ребятам приказали готовиться к зачистке — войти в город через три дня, когда паника достигнет пика, и «навести порядок».

Но на экране был не паникующий город, а город, который сжимал кулаки.

Демьянов потёр подбородок. За двадцать лет службы он научился чуять, когда операция пойдёт не по плану.

И сейчас — он чуял.

А в квартирах, домах, барах, на улицах и площадях — по всему Воронцовску — люди смотрели на экраны и чувствовали одно и то же.

Это был не страх и даже не растерянность, а…

…Злость.

Ту самую злость, которая поднимает людей на ноги и которая заставляет выходить на улицы и говорить: «Хватит»!

Голос Эдема звучал, и город слушал.

Алина

Пол года назад её карьера закончилась в душном зале НИИ, где комиссия из продажных бюрократов готовилась растоптать её работу.Пол года назад она была никем — обычным инженером без лицензии, учёным без лаборатории, женщиной без будущего.

А потом дверь открылась, и вошёл он.

Алина до сих пор помнила этот момент. Молодой аристократ в дорогом костюме, с глазами, в которых плескалась вечность. Он просто подошёл к доске, взял маркер и исправил её формулу — добавил три строчки, которые превратили теоретическую гипотезу в работающую модель.

Три строчки, до которых не додумался ни один учёный в Империи.

В тот момент Алина поняла: перед ней не человек. Перед ней что-то большее — разум, который видит мир иначе, глубже, дальше. И когда он предложил ей работу, она согласилась не раздумывая.

Пол года она строила его маленькую империю. Восхищалась его решениями, предвидением и абсолютной уверенностью. Засыпала с мыслями о нём и просыпалась с его именем на губах, хотя никогда бы не призналась в этом даже себе.