Книга Шеф с системой. Империя вкусов, страница 137 – Тимофей Афаэль

Фрол усмехнулся горько:

— Предсказуемо. Гильдия умеет пугать. Я это знаю лучше чем кто-либо.

Он провёл рукой по лицу:

— И что ты хочешь от меня, юнец? Чтоб я стал твоим поставщиком вместо них? — Он покачал головой. — Нет. Не хочу проблем. Мне и так хватает. Гильдия меня уже раздавила восемь лет назад. Я еле дышу. Если они узнают что я работаю с тем, кто им мешает — придут и добьют окончательно. Отберут последнее. Уходи, не втягивай старика в свои войны.

Я ожидал такой реакции. Спокойно кивнул:

— Понимаю твой страх, но я пришёл не просто просить тебя о помощи.

— А зачем тогда?

— Через неделю в городе Зимняя Ярмарка, — сказал я, глядя ему прямо в глаза. — Три дня, тысячи людей, деньги рекой. Я иду туда торговать. Несмотря на Гильдию, несмотря на угрозы. Иду и буду зарабатывать.

Фрол приподнял бровь с удивлением:

— На Ярмарку? Ты? Да тебя же там сожрут в первый же час. Гильдия контролирует все места.

— У меня есть план, — возразил я. — и для него мне нужны союзники. Настоящие союзники. Не те трусы что разбежались вчера.

Я наклонился вперёд:

— Мне нужен мельник, который делает лучшую муку в городе. Не просто продаёт белый порошок с мелом и песком, как эти торгаши из Гильдии, а настоящий мастер своего дела.

Фрол смотрел на меня молча.

— Угрюмый сказал мне, — продолжил я, — что ты единственный в городе, кто лучше всех умеет делать муку.

Я выдержал паузу:

— Я ищу мастера, с кем я смогу создать что-то действительно выдающееся.

Старик молчал долго. Смотрел на меня тяжёлым взглядом, будто пытался заглянуть в душу, понять правду ли я говорю или просто красиво плету словеса.

Наконец хмыкнул:

— Красиво говоришь, юнец. Много кто приходил сюда раньше и болтал языком. Говорили красивые слова про мастерство, про качество, про уважение к ремеслу, а сами не отличат пшеничную муку от ржаной, не знают разницы между грубым и тонким помолом.

Он встал, подошёл к старому шкафу в углу, достал оттуда три небольших холщовых мешочка. Вернулся, поставил их на стол передо мной в ровный ряд.

— Ты говоришь что ищешь мастера, — сказал он, глядя на меня недоверчиво. — Хорошо. Тогда докажи что ты сам мастер и разбираешься в том о чём говоришь.

Он ткнул узловатым пальцем в мешочки:

— Вот. Три мешка. Скажи мне что в каждом из них. Из какого зерна мука, как молота, для какой выпечки годится. Всё — точно, без ошибок.

Фрол скрестил руки на груди, посмотрел на меня тяжело:

— Ошибёшься хоть в одном — значит ты такой же болтун как все остальные. И чтобы духу вашего здесь больше не было. Понятно?

Я посмотрел на три мешочка перед собой.

Варя с Матвеем замерли у двери, затаив дыхание.

Фрол буравил меня взглядом, ожидая.

Всё наше будущее — весь план с Ярмаркой, все надежды — зависело от того, что я скажу сейчас.

Я медленно протянул руку к первому мешочку.

Я медленно протянул руку к первому мешочку. Не спешил и не суетился, показывая Фролу, что я профи и не собираюсь совершать лишних движений.

Развязал горловину мешочка аккуратно, освобождая затянутый узел. Запустил руку внутрь, зачерпнул небольшую горсть муки. Поднёс к свету, который пробивался сквозь узкое окно мельницы.

Сначала визуальный анализ.

Цвет — не белоснежный, а скорее кремовый, с лёгким золотистым оттенком. Текстура неоднородная — видны мелкие крупинки разного размера. Это говорило о грубом помоле.